— Все, королева, пора возвращаться. Спасибо, было круто. Корона тебе идет.
— Но Стас, а как же… Ты обещал.
— Что я обещал? — вопрос повторился не первый раз, и не с первой девчонкой, но именно сегодня мне хочется ответить на него предельно честно. — Вечную любовь? Себя? Свои кишки? Что именно я обещал тебе? Что мы будем вместе?
— Ты так ничего и не сказал.
— Не признался? — догадаться оказалось несложно. — Марина, ты серьезно?
— Ну, да, — смутилась она.
Все получено и мне больше нечего хотеть от нее.
— В чем? Что ты оказалась еще одной девчонкой на кого поспорили? Что никогда не нравилась мне? Или в том, что я помню, сколько тебе лет?.. Помню, и за последнее скажи спасибо.
Я продолжал смотреть на нее и видел, как она отшатнулась, словно ее ударили, опешив от моих слов.
— Ты знаешь меня лучше многих. Я не даю пустых обещаний, никому. Твой брат просил, но я не обещал ему молчать о том, как ты вчера намеренно покалечила скелетину. Тебе ведь не было ее жалко, скажи? Ты улыбалась и казалась очень собой довольна.
— К-кого? — блондинка прижалась к стене и выглядела изумленной, но я не собирался щадить ее, в этой жизни и так многие потакали ее капризам. Если у нее имелась крупица мозгов, я надеялся, она запомнит урок.
— Неважно! — Прозвище Эльфа вырвалось случайно, и я поспешил поджать губы. Мне надоело быть для этой бледной девчонки кем-то большим, чем я являлся для других. Стер кулаком с лица улыбку. — Я все видел, так же, как твой брат. Видел, как ты во время выступления толкнула мою сводную сестру и она пострадала. Вчера Сергей помешал, не дал до тебя добраться, но сегодня не смог.
— Это неправда!
— Правда! Сама знаешь! — на миг вскипел, но все же взял себя в руки. — А теперь и я знаю, какой сволочью ты можешь быть.
Если я и мог ее сейчас чем-то утешить, увидев, как от разочарования и обиды задрожали губы на побледневшем лице, как по щекам потекли слезы… как спешно и неуклюже она стала поправлять платье, то разве что честным признанием.
— Такой же сволочью, как я.
Марина снова удержала меня, впившись пальцами в рубашку, хотя теперь вряд ли хотела того же, что еще пять минут назад. Сейчас девчонку била крупная дрожь, а голос сорвался на всхлип.
— Стас, но ты ведь не скажешь? Никому не расскажешь о том, что мы здесь… Что я… Пожалуйста! Прошу тебя!
Я оказался прав: это была настоящая Марина и плевать она хотела на скелетину. Так же, как все, она прежде всего думала о себе.
— Нет, — ответил честно. — Не расскажу.
И ушел, оставив ее одну. Тот, кто меня знал, и так догадается, чем мы тут с королевой занимались. Я не собирался развенчивать слухи.
***
Вечеринка гремела. Группа Игната до предела разогрела народ, и в спортзале от горячих, трясущихся на импровизированном танцполе тел, было душно, но атмосферно-приятно, как может быть приятно от времени и момента, в которые совершаются самые смелые глупости. Остановившись на пороге, я обвел взглядом широкое, полутемное помещение в цветных пятнах пульсирующих стробоскопов, отыскивая глазами Воропаева. Увидев парня одного у столика с ребятами, усмехнулся: я знал, что Эльф не даст подобраться к себе. Если бы это случилось, я бы Серегу убил. А сейчас хотел посмотреть, как у бывшего друга получится отомстить мне. Он сам виноват, что заигрался и забыл о моем предупреждении. В наших ссорах я всегда оставлял последнее слово за собой.
POV Настя
Я уже сбилась со счета отзвучавшим песням, слушая очередную композицию странной группы «Suspense», по которой тут все, похоже, сходили с ума, а Стас все не появлялся. Я скучала по нему, и в надежде увидеть все время оглядывалась на двери. Мне вдруг стало понятно, для кого именно в этот вечер хотелось быть красивой, спрятав за нарядом ненавистную ему скелетину.
Сначала Збруев кружил рядом, а потом они с Дашкой тоже пропали, на пять минут отошли подышать свежим воздухом. Подруге вдруг стало душно, и мы с Аней Скворцовой сразу догадались в чем тут дело: щеки обоих горели как факелы, а Петька смешно смущался, рядом с подругой стараясь казаться уверенней, чем был на самом деле.
Аня танцевала, а я или сидела, или бродила по залу, — меня все еще удивляла необычная атмосфера вечера, в которой вчерашние ученики казались странно-взрослыми, незнакомыми и смелыми, — я видела, как несколько пар открыто целовались во время танца, не стесняясь посторонних глаз. Хотя кого им было стесняться, преподаватели давно исчезли в кабинете физрука. Лишь изредка заглядывали и снова уходили. Как сказала Дина Губенко: у них там проходил свой «Новогодний фуршет», учителя ведь тоже люди. А еще было странным, что несколько мальчишек приглашали меня танцевать. Я не пошла, сославшись на ногу, но все равно такое внимание оказалось неожиданно приятным.
Сергей Воропаев больше не подходил. Только раз, поймав за талию у елки, предложил прогуляться школой, но я решительно отказалась. Он все еще не нравился мне, и казался выпившим, — я постаралась держаться от парня подальше.
