— Какую? — я с удивлением смотрела на него, не зная, чего ожидать.
— Ну, — Сергей игриво поднял бровь, — например, подойти ближе. Выделить из толпы и пригласить танцевать. Ты потанцуешь со мной, Настя? — он протянул руку и обхватил мое запястье. В этот раз осторожно, давая мне возможность отступить. — Смотри, все разбиваются по парочкам, самое время для медленного танца.
В зале действительно звучала спокойная мелодия, по полу скользили разноцветные блики света…
— Нет! — я сама не ожидала, что ответ прозвучит так уверенно, но парень почему-то не смутился.
— Почему нет, Настя? Я не прошу тебя стать моей девушкой, — коротко хохотнул от подобного предположения. — Было бы занятно ухаживать за таким трусишкой, как ты. Но ведь можно попробовать стать друзьями?
Наверное, я чем-то выдала себя. Возможно, взглянула в сторону Стаса, что стоял сейчас посреди зала, как будто вбитый в землю клин, и смотрел на нас. Или слишком долго тянула с ответом, но Воропаев вдруг заметил серьезно и тихо, оказавшись ко мне еще ближе.
— Он никогда не пригласит тебя, не надейся. Никогда. Ты так и будешь одна, всегда.
— Почему? — музыка заливала помещение, и спросила я тихо, но парень меня услышал.
— Ты сама знаешь почему. Он ненавидит тебя с самого первого дня. А еще… Он уже выбрал свою королеву.
Это была правда, я сама видела, как Стас обнимал Марину, как улыбался ей, и сделала неуверенный шаг к парню. Он тут же коснулся ладонью талии.
— Или вообще посмеется. Ты будешь далеко не первой за этот долгий вечер. Ты же знаешь, что такое споры?
— Что?
— Когда парни спорят на девчонку?
— Нет.
— Вот лучше и не знай. Твой сводный брат из тех, кто спорит, Настя, не сомневайся.
— Даже не знаю, получится ли. У меня больная нога…
— Я помню, мы осторожно.
Я не очень умело танцевала и все время ожидала от Сергея подвоха, но он вел себя как хороший друг. Только в конце танца наклонился к лицу, коснулся носом волос у виска чтобы прошептать:
— Ты хорошо пахнешь, я запомню.
Я смутилась, и ответ вышел неловким:
— Спасибо, Сергей. Извини, я хочу подойти к друзьям.
Он легко согласился, отпуская меня:
— Конечно, иди. Но ты убедилась, что я не монстр?
Друг Стаса вел себя очень приветливо, и я улыбнулась. Сегодня был праздник, и ссориться или вспоминать прежние обиды действительно не хотелось.
— Убедилась.
Дашка все-таки потанцевала с Петькой, и теперь сидела за столиком красная, как рак, но странно счастливая. Мы со Скворцовой переглянулись.
— Ты же говорила, что сама пригласишь Збруева, а вышло, что он, — заметила Аня. — Даш, а как же эмансипация женщин и все такое?
— А что я виновата, что Петька первый подошел? Ну, не отказываться же…
— И как? — это снова спросила Скворцова, — не бабуин?
Подруга пожала плечами.
— Не знаю, не поняла. Кажется, мы оба переволновались.
Это прозвучало смешно, и мы рассмеялись. Точнее, девчонки рассмеялись, а я в очередной раз обвела взглядом зал, который казался странно-пустым без сводного брата. Королевы вечера тоже не было видно, а это могло означать, что Сергей оказался прав. Где-то в мире существовало место, где им наверняка было интересней вдвоем.
POV Стас
— Эй, Фрол, ты чего напрягся? Расслабься, друг, отдыхаем! — ударил меня по плечу Савельев, выламываясь под музыку вместе с какой-то девчонкой. — Бля, Юрок, как вставило! Курнуть бы еще… Правда, Ленка молоток, что стащила водку у предков! — проорал Метельскому. — Жаль мало! Фрол, кажется, ты говорил, что выручишь?
— Да, потом. Может быть. Не сейчас.
Сейчас я стоял посреди танцующего зала и смотрел на бывшего друга, не веря, что он решился после нашей драки подойти к скелетине. Вообще заговорить с ней. При мне, вот так открыто, помня наш разговор, помня о том, что мне плевать на его сестру.
Горячая злость обожгла ребра, забилась в груди, рванулась к горлу, сдавливая кадык… Если это предупреждение с его стороны, ответ на мою возможную месть Марине, то Серега зря это затеял. Еще вчера он понял, что я не спущу так просто падение девчонки и отомщу. Но если полчаса назад, до того момента, как появление Эльфа сбило меня с толку, я собирался поднять «Королеву» на смех перед всеми — уж я бы расстарался, то сейчас…
Я знал Воропаева как никто, но все равно до последнего надеялся, что ошибаюсь. Что он не посмеет начать игру — этот спор ему не выиграть. Скелетина никогда не пойдет с ним и не даст к себе дотронуться по-настоящему. Никому. Все это время, что я смотрел на своего нежного Эльфа, я думал о том, как хочу оказаться рядом. С ней сейчас и ни с кем другим. Просто стоять, смотреть в синие распахнутые глаза, чувствуя близость девчонки. Понимая, насколько устал от ненависти, что почти сожгла меня. Как все это глупо, и что на самом деле я чувствую к ней нечто совсем иное… Настолько настоящее, что от понимания почти больно. Истинную суть этого «иного» я пытался понять, пока не увидел возле нее Воропаева.
