37. Храни незлобие, и виждь правоту, яко есть останок человеку мирну. Симмах—незлобие— перевел простоту. Храни, говорит, христианин простоту и соблюдай мысль прямою и сердце правым, и знай, что у мирного человека есть остаток, то есть, остается по смерти его память, или потому, что он оставляет хороших детей, или потому, что делал добрые дела, видя и памятуя то и другое, люди воспоминают и того, кто родитель и виновник того и другого *).
*) Слова Божеств. Кирилла. Незлобием назовем простоту и незлобие в нравах; а под правотою будем разуметь нечто иное, как или прямое изъяснение и неизвращенное знание Божественных догматов, ибо слово истины должно раздражать прямо, или—некривление в деятельной добродетели... А такового называет мирным: ибо правый и незлобивый находится в мире с Богом и святыми людьми.
38. Беззаконницы же потребятся вкупе. Беззаконные, говорит, однако ж люди не оставляют памяти по смерти, но с памятью об них и они истребляются. Это означает—вместе, что поясняет и следующий стих.
Останцы же нечестивых потребятся. То есть, всякий памятник, говорит, и память нечестивых истребится по смерти, где нечестивыми называет всех злых.
39. Спасение же праведных от Господа! и защититель их есть во время скорби.
40. И поможет им Господь, и избавит их, и измет их от грешник, и спасет их, яко уповаша на него. Смотри, читатель, как Божественный Давид изображает здесь многоразличными словами многоразличное заступление и помощь подаваемую Богом праведникам; ибо различны способы такой помощи Божией, и различным образом подается от Него праведным по великой и многоразличной мудрости и попечительности Его. Слова сии ясны и не заключают в себе никакой не удобопонятной мысли.
<p><emphasis>Псалом 37</emphasis></p>Псалом Давиду, в воспоминание о субботе.
Этот псалом имеет сходство с шестым псалмом, потому что имеет одно и то же начало с ним и подобно оному оплакивает бедствия, приключившиеся Давиду по согрешении; и потому что и сей, равно как и тот, содержит молитву к Богу об освобождении Давида от несчастий и облегчении участи его. Следовательно, этот псалом написан во время преследования Давида Авессаломом. В надписи означено «в воспоминание», то есть, грехов Давида и несчастий и злостраданий последовавших за грехами его. *)
*) В других (списках) прибавлено к означенной надписи псалма: (в воспоминание) о субботе, какового прибавления, не знаю, почему изъяснитель Кир—Евфимий не имееет. А в Своде Никиты так изъясняются слова—в воспоминание о субботе. Итак, проливающим слезы о грехах надлежит приносить Богу означенное исповедание, как жертву субботнюю, которая приносилась вдвойне и напоминала приносившим ее о той, которая от Бога. Или это—в воспоминание— дает мысль о некотором сокращенном учении касательно нашего спасения. Ибо как преслушание Божественной заповеди открыло человекам путь к погибели (ибо мы не погибли бы, если бы сохранили заповедь в памяти); то посему сие слово предлагаете нам в виде противоядия для страсти забвения напоминание о заповеди. Или прибавление в воспоминание сделано для того, чтобы нам напомнить о надписи 6-го псалма. В изданном Своде псалмов стоит: в воспоминание о субботе, то есть, что этот псалом содержит воспоминание о бедствиях Давида, который молится в нем о даровании субботствования, или успокоения от сих бедствий.
Ст. 2. Господи, да не яростию Твоею обличиши мене, ниже гневом твоим накажеши мене. Сии слова мы изъяснили в 6-м псалме, почему смотри их там; а ярость и гнев Бога мы не должны представлять в виде страстей, но должны принимать за самые строгие определения Божии, каковы и приличны грешникам *).
*) Слова Вел. Василия: Многие изнемогли от болезненного приключения по неразумию, не ожидают полезного окончания его, но в негодовании на строгость попечительности остаются при немощах своего неразумия. Посему достойны удивления сии слова праведников, говорящих: Господи! не яростию Твоею обличи меня; сим не наказания хотят избегнуть, а гнева. Златоустого: Не просто обличения желает избегнуть, а (обличения) с казнью; не уклоняется от понесения наказания, а просит о наведении его без гнева. Феодорита: Это начало он усвоил и 6-му псалму, умоляя о послании наказания в виде врачевания, а не осуждения на оное; о врачевании не язвительнейшими врачевствами, а смягчающими.
