Толковая Псалтирь полностью

*)Божественный Максим говорит, что Господь уподобляется пеликану. Ибо сие животное делает гнездо свое на утесах скал, боясь, чтобы кто либо не истребил детей его. Но змий, не могши взойти к гнезду его, наблюдает, откуда дует ветер, чтоб с той стороны излить яд свой на то место, где находится гнездо, когда нет в гнезде пеликана, и таким образом умерщвляет птенцов его. По возвращении же своем, видя детей своих умершими, пеликан поднимается высоко над гнездом и чрез крепкое биениe боков своих крыльями испускает капли крови, которые, капая на птенцов, сообщают им жизненную силу, и таким образом они оживают. Итак, пеликан есть Христос, птенцы—первозданные, гнездо—рай, змий—диавол, который вдохнул яд чрез преслушание в первозданных и умертвил их. А Христос, вознесшись на крест чрез прободение в ребра, источил живоносную кровь свою и таким образом оживил нас. Почему и в одном из тропарей на погребение поется: как пеликан уязвленный в ребра свои, Слово, Ты оживил умерших своих чад, источив им струи жизни.

Бых яко нощный вран на нырищи (развалине дома). Ночной ворон есть животное боязливое, почему, убегая людей, он поселяется и живет на упраздненных, или разрушенных домах (это здесь называется развалинами). Так, говорит, и я, убегая людей, живу в пустынных хижинах. Или можно понимать и так, что ночной ворон, живя в разрушенных домах, от страха и радости своей кричит (χράγει) ночью (νύχτα), посему и называется ночной вран (νυχτοχόραξ). Так, говорит, и я вопию к тебе, Боже, ночью, боясь, чтобы не напали на меня враги.

7. Бдех (бодрствовал) и бых яко птица особящаяся (уединяющаяся) на зде (кровле). Я, говорит, бодрствовал, как птичка, которая от робости и страха проводит ночь без сна и живет уединенно на крышах домов.*)

*)Слова Феодорита: Для надлежащего изображения бедствия часто употребляет сравнения. Но каждою из упомянутых птиц выражает свое опасение и лишение попечителя. Ибо и воробей от страха прогоняет от себя сон, и ночной ворон, удаляясь от населенных домов, убегает к пустынным и оставленным. Исихия: Чудный плод бдения показал нам, которое заставляет нас жить подобно воробью, уединяющемуся на крыше. Что другим кажется презренным, то доставляет отличную и блаженную жизнь. Ибо уединяющийся, как птичка, не заботится ни о пище, ни об одеждах, не боится ни злоумышления, ибо живет на крыше и находится выше злоумышляющих. Можно конечно думать, что и у псалмопевца говорится о той кровле, о которой и Господь сказал, повествуя о скончании мира: а кто на кровле, пусть не сходит взять одежду свою (т. е. кто достиг высоты бесстрастия и созерцания, не должен обращаться мыслию к чему-либо земному).

8. Весь день поношаху ми врази мои, и хвалящии мя мною кленяхуся. Всегда, говорит, преследовавшие меня враги поносили меня, укоряя меня в трусости и низости и заклиная себя погубить меня. Или же, по словам Афанасия и Евсевия, ставят в пример клятвы (молитвы) мои бедствия, сказывая так: да не случится с нами того, что случилось с Давидом, чтоб нам никогда не быть тем, что он! А некоторые принимают сии слова за предсказание Христово о Петре, который клялся, что не знает сего человека, т. е. Христа.*)

*) Исихия: То есть мнимые друзья поступали хуже врагов; ибо похвалы обращали в клятвы против меня.

9. Зане пепел, яко хлеб ядях, и питие мое с плачем растворях. Если, говорит, я и воспоминал о пище, то я посыпал хлеб свой пеплом, то есть, золою, и воду, которую пил, смешивал с воплями и слезами. Так я делал в чрезвычайных несчастиях своих, и не мог принимать пищу без печали. Или можно понимать так: что я вместо хлеба употреблял пепел и питие мое смешивал с слезами и тогда пил. А это когда делал Давид? Когда все прочие, употребляя пищу, веселились и радовались. Тогда он, лежа ниц, и приложив уста к земли, дыханием своим втягивал в себя пыль, которую и растворял слезами*). А сими словами Давид изображает, что жизнь его, которую он проводил, была прискорбна; мы замечали многократно, что союз: ибо, иногда значит причину, иногда утверждение, а иногда излишество и повествование, как и здесь.

*) Другой говорит: Находившиеся в чрезвычайных бедствиях имели обыкновение при воспоминании о пище посыпать хлеб пеплом и пить воду со слезами, не позволяя себе даже употребления пищи без печали. Так, говорит, поступал и я; а говоря сие, Давид усвояет себе то, что случилось с народом и местом Иерусалимским. Феодорит: С сим согласно и то, что сказано в 79-м псалме: напитаешь нас хлебом слезным, и напоишь нас слезами мерою, и сим изображает чрезмерность скорби. Ибо если и время употребления пищи было исполнено скорбью; то другое время и вовсе не было свободно от нее. Сими бедствиями я был, говорит, потопляем, Владыка, потому что Ты прогневался на меня. Севира: Даже и время покоя не проводил без блаженного и богоугодного плача.