Земля и Лунгрия – два мира. Однако информация нередко просачивается через астрал, а иногда даже случаются пробои, позволяющие живому существу преодолеть разделяющую грань. Благодаря этому мы знаем про гномов, эльфов, орков. По этой же причине герой Анджея Ясинского, русский программист Ник, провалился в Лунгрию. В книге «Ник. Беглец» судьба занесла его в империю Кордос, где он на многие годы угодил в тюрьму для чародеев. В этой же тюрьме работал старый искусник по имени Толлеус. Когда Ник сбежал из заключения, искуснику пришлось искать лучшей доли. Однако их дороги еще не единожды пересекутся.
От всей души хотим поблагодарить Антона Кулагу и Наталью Бурканову, которые активно помогали идеями и находили нестыковки. Также хотим выразить признательность читателям Самиздата, которые помогали находить и исправлять ошибки в тексте.
Спасибо вам, друзья!
Досье. Входящий № 8012
Ходатайство посольской службы города Беллус о выдаче приглашения участника на ежегодный Турнир големов гражданину империи Кордос, магистру Искусства третьей ступени Толлеусу Алициусу Хабери Рей
Приложение 1. Обоснование целесообразности выдачи приглашения экспертом по вопросам внешней политики.
Приложение 2. Заключение видящего четвертого ранга.
Приложение 3. Экспертная оценка личности заявителя.
Приложение 4. Анкета участника.
Приложение 5. Экспресс-анализ представленного голема.
Резолюция
Направить в посольскую службу города Беллус разрешение выдать приглашение на Турнир големов вышеозначенному искуснику (рег. № 1-409).
Беззвучно ушли в стороны тяжеленные створки ворот – последняя преграда на пути в чужую, если не сказать враждебную страну. Оробос, империя чародеев, встречала кордосского искусника Толлеуса серым рассветом. В переход под стеной, где он со своим скарбом проходил таможенный досмотр, ворвался легкий утренний ветерок, отчего мурашки пробежали от самого затылка по всей спине. Сложнейший искусный жилет, напичканный всевозможными лечебными и защитными плетениями, не смог уберечь своего владельца от них.
Старый искусник чуть повернул лысую голову, увенчанную нелепым железным шлемом, прощаясь с родиной. Такие же ворота, как те, что сейчас распахнулись перед ним, уже плотно закрыты, отделяя его от «своей» стороны, отсекая прошлое. Где-то позади, в нескольких днях пути, остался Маркин – сонный городишко, в котором Толлеус прожил так долго, честно оттрудившись сорок лет настройщиком манонасосов в тюрьме для чародеев. Там остался уютный дом, лично обустроенный хозяином по последнему слову Искусства, но он пуст: никто не ждет старика обратно.
После недавних событий, когда группа оробосских диверсантов устроила нападение на тюрьму и комендатуру города, миру и спокойствию в Маркине пришел конец, а сам Толлеус остался без должности и без надежды заработать на ману для своего лечебного амулета. Более того, волей прихотливого случая старик сам попал под подозрение в соучастии с чародеями. И это обидно. Его, ветерана войны, обвиняют в сговоре с врагами империи, которой он искренне предан!
Конечно, старика есть в чем упрекнуть, он не чист перед законом. Во-первых, стащил казенный артефакт, приспособив его в своем жилете, во-вторых, сливал ману – важнейший государственный ресурс. Только ведь не от хорошей жизни все это – здоровье слишком подводит. Без лечебного амулета, потребляющего ману с умопомрачительной скоростью, дряхлое тело обойтись не может. Лишь благодаря жилету Толлеус, несмотря на многочисленные болезни, все еще жив, причем по возрасту подобрался к профессорам Искусства, перепрыгнув свой уровень магистра лет на тридцать. Теперь же запаса манокристаллов, который удалось скопить, хватит на два, от силы на три года, да и те остались в даймонском банке…
Разволновавшись, старик по своему обыкновению начал бормотать вслух, споря сам с собой. Один из спорщиков, пессимист, прилежно перечислял все напасти, свалившиеся на его немощные плечи. Зато другой здраво доказывал, что все не так уж плохо. Удалось беспрепятственно покинуть Маркин, где перед бывшим настройщиком манонасосов маячил пока призрачный, но весьма внушительный тюремный срок. Теперь-то следователям так просто не найти старика, даже если усилиями комиссии по расследованиям всплывут на свет его делишки. К тому же впереди ждали настоящие чудеса. На родине трудно найти информацию о чем-либо. Зачастую даже сами искусники имеют весьма смутное представление о том, как работают плетения, формируемые ими с помощью жезлов. Что уж говорить о чародеях – о них вообще известно больше из сплетен и баек, нежели из официальных источников.
