Мысленно герой оценил ситуацию «как весьма хреновую», генерал «Шариков» вычеркивает
мороз был
шайки
В тексте Таманцев ведет наблюдение за домом из заброшенной уборной, вынужденный, чтобы не быть обнаруженным, простоять не шевелясь
Вы ко мне
В главах, где на поляне Алехин начинает проверку документов и отображен «поток мышления»,
один пишет:
другой:
Читая с огромной ответственностью рукопись романа, генералы так входят в его действие, настолько им нужен их уставной порядок, что пишут на полях: «Ей-Богу, нарочно не придумаешь!», «Полный бред и ахинея!»
В главе «В стодоле», где (так бывает в экстремальных ситуациях) не позаботились, не привезли ни скамеек, ни стульев, и людям — полусотне человек — в душной, жаркой стодоле не на чем сидеть,
генерал на полях пишет:
Дальше, в этой же сцене, где у старика-генерала развивается приступ удушья — он задыхается, на полях написано:
В главе «На поляне» написано: «На разостланной под березками плащ-палатке,
один написал:
Другой «писатель» более категоричен:
Там такой чуши было полно, всего и не перечислить.
Вот такие вещи были отражены на полях людьми, которые получили приказание написать заключение.
Когда в «Новом мире» закрутилось с публикацией романа и главный редактор Косолапов перепугался, а по Москве ходил слух: не то Богомолов бодается с ведомствами, не то ведомства «употребляют» Богомолова, мне позвонил ответственный консультант ЦК КПСС Игорь Сергеевич Черноуцан (жена его работала в издательстве «Художественная литература» и была раньше моим редактором) и попросил принести рукопись. При встрече он мне прямо сказал: «Знаешь, я вообще не люблю такую литературу, где шпионов ловят. Я ни шпионов, ни чекистов терпеть не могу». Прямо сказал, открытым текстом. «Но я это прочту». Через два дня он мне позвонил сам и буквально сказал: «Устроил мне бессонную ночь. Роман прочел с огромным интересом. Ты даже не представляешь, что ты написал. У романа — будущее, и пусть все ведомства застрелятся!».
Затем роман прочел зам. зав. отделом культуры ЦК КПСС А.А. Беляев и все сотрудники его отдела. Впечатление от романа было очень хорошим: роман высоко патриотичен, не содержит идеологических перекосов, в советской литературе еще не было столь интересного в композиционном плане произведения, великолепно показана «слаженность внутри группы и слаженное расторопное взаимодействие всей службы», написан образным живым языком и автор досконально знает фактологию материала и т. д.
