Короткая молния пролетела над кучей снегазажгла громовую свечу и разрушила дерево.Тут-же испуганный баранопустился на колениТут-же пронеслись дети олениТут-же открылось окнои выглянул Хармса Николай Макарович и Соколовпрошли разговаривая о волшебных цветах и числах.Тут же прошёл дух бревна Заболоцкийчитая книгу Сковородыза ним шёл позвякивая Скалдини мысли его бородызвенели. Звенела хребта кружкаХармс из окна кричал одингде ты моя подружкаптица Эстер улетевшая в окноа Соколов молчал давноуйдя вперёд фигурой.а Николай Макарыч хмурыйписал вопросы на бумагеа Заболоцкий ехал в колымагена брюхе лёжаа над медведем Скалдинымлетал орёл по имяни Сережа.<Март 1931><p>155. Выбор дней</p>скажу вам грознохвост мудрого человекаопасен беспечному лентяючуть только тот забудет название годахвост обмахнёт пыль памяти безумцапрощай тогда речей Свобода!уже выкатывает солнце новые днирядами ставит их на выборскажу вам грозно: лишь мы однипоэты, знаем дней катыбр4 апреля <1931><p>156. «Здравствуй стол…»</p>Здравствуй стол.ты много лет поддерживал мою лампу и книгуа также разноцветные котлетыЯ под тобой ходил не нагибая головысобирая подушечки мыслительных коровокбезумный! что тебя толкнуловсё сбросить на полчто человек доверил твоему благоразумиюпостой деревянный негодяйХхоермс15 апреля 1931 года<p>157. «Дорогая Наташа…»</p>Дорогая Наташа,хороводом татарокблагодарю тебя за твой подарокс вершины белых потолковбежит моё спасениеи силу оковнеделикончает воскресение.<Апрель 1931><p>158. Лампа о словах подносящих укромную музыку</p>Iслава Богу кончен бойлихорадки с молоткомудивили мы с тобойв старом, тощем, никакомгосударстве наших палокпобедителя женукто был тучен кто был жалоквсе разбиты в пух и прахкое кто глядел унылокое кто играл во лбыкое кто внимал унылозвукам редьки и польбыкое кто раздвинув рукиумирал всю ночь от скукикое кто шептал молитвукое кто в подвал забилсякое кто смотрел на битвукое кто богам молилсякое кто в просторном фракешевелил усы во мракекое кто с часами дралсякое кто фасадом кралсявынув нож из рукавану и ночка коковамне в окно глядели вещиэтих ужасов по хлещемне в окно глядел сюргучгрозен, красен и могучмне в окно мигая глупозаглянула тётя лупамне в окно длинной с вершокпоказался артишокЯ дрожал и я молилсяна колени повалилсябыстро двигая перстамиосенял себя крестамивспоминал смешные книгино бежали быстро мигиунося моё спасеньенаступило воскресеньес незаметных потолковпала ночи цепь оковЯ поднялся понемногуоглянулся. Слава БогуКончен бой моих тревогдети кушайте пирог.16 апреля <1931>
