была единственной ее защитой от неминуемой гибели, и она бросилась к лестнице, думая спуститься вниз и надеж¬ но ее запереть. Но не успела она ступить на второй этаж, как дверь заскрипела в петлях, и Мэйбл решила, что все кончено. Опустившись на колени, перепуганная, но му¬ жественная девушка, готовясь к смерти, пыталась обра¬ титься мыслью ко всевышнему. Но воля к жизни была сильнее молитвы, и, хотя губы ее шевелились, она напря¬ женно прислушивалась к каждому шороху внизу. Когда до нее донесся лязг задвигаемого засова, не одного, как она раньше требовала от Дженни, чтобы впустить дядю, если он появится, а всех трех, она вскочила на ноги, ду¬ ховные помыслы отступили перед вновь пробудившейся надеждой, и девушка вся обратилась в слух. В минуты опасности мозг лихорадочно работает. Спер¬ ва Мэйбл подумала, что это дядя; она уже хотела спу¬ ститься вниз и броситься ему в объятия, но ее остановила мысль: а вдруг это заперся от своих собратьев какой-ни¬ будь индеец, с тем чтобы ему одному было вольготнее гра¬ бить. Глубокая тишина внизу совсем не соответствовала неугомонному характеру шумливого, порывистого Кэпа, это скорее походило на хитрость врага. Если вошел кто- нибудь из своих, то не иначе, как дядя или квартирмей¬ стер, ибо, как теперь с ужасом поняла наша героиня, из всей группы на острове остались в живых лишь они двое да еще она, если только Кэп и Мюр не погибли. Эти сооб¬ ражения удержали Мэйбл, и минуты две в блокгаузе ца¬ рила настороженная тишина. Девушка стояла у подно¬ жия лестницы, ведущей наверх, а люк в нижнее помеще¬ ние находился у противоположной стены; глаза Мэйбл были устремлены туда, каждый миг она ждала, что из от¬ верстия покажется свирепое лицо индейца. Опасения ско¬ ро обратились в' твердую уверенность, и она стала ози¬ раться, ища места, где бы спрятаться. Отдалить катастро¬ фу хотя бы на несколько мгновений уже представлялось ей великим благом. В комнате было несколько бочек. Мэйбл забилась за ними и в просвете между двумя бочка^ ми продолжала наблюдать за люком. Она снова попыта¬ лась молиться, но для подобного утешения минута была слишком грозной. К тому же ей послышался легкий шо¬ рох, будто кто-то, крадучись, взбирался по лестнице и от излишнего старания не шуметь сам себя выдавал; затем совершенно явственно раздался скрип — это могла быть 341
только лестница. Мэйбл помнила, что одна перекладина точно так же заскрипела у нее под ногой, когда она подни¬ малась наверх. Бывают минуты, в которые перечувству¬ ешь больше, чем за многие годы. Бытие, смерть, вечность, нестерпимые физические страдания — все это во весь рост встает над однообразием повседневности. Мэйбл в это мгновение можно было принять за прекрасное мраморное изваяние, безмолвное и недвижимое. Но она только каза¬ лась такой, никогда за всю ее недолгую жизнь слух Мэйбл не был таким чутким, зрение = зорким, а чувства — обо¬ стренными. Ничего еще не было видно, но глаза девушки, которым владевший ею страх придал невероятную остроту, уже различали кого-то, кто находился в нескольких дюй¬ мах от люка. Затем показались черные волосы индейца, который так медленно поднимался из люка, что движение его головы можно было сравнить с ходом минутной стрел¬ ки, потом темный лоб и широкие скулы, и наконец на уров¬ не пола появилось смуглое лицо. Когда человеческая фи¬ зиономия наполовину скрыта, она редко кажется привлека¬ тельной, и, по мере того как голова индейца дюйм за дюймом высовывалась из люка, Мэйбл, завороженной чер¬ ными блуждающими глазами и их свирепым взглядом, ме¬ рещились невесть какие ужасы. Но лишь только над полом показалась вся голова, Мэйбл, всмотревшись получше по¬ няла, что перед ней нежное, взволнованное и даже по- своему красивое личико Июньской Росы. Г лава XXII Хоть я и дух, Но послан я не обмануть тебя, А наградить честнейшего из слуг. Вордсворт Когда Мэйбл выскочила из-за бочек на середину ком¬ наты, трудно даже было сказать, кто больше обрадовался — наша ли героиня, обнаружившая вместо Разящей Стрелы его жену, или Июньская Роса, убедившаяся, что та, кото¬ рую она с такой тревогой, почти утратив надежду, повсю¬ ду искала, послушалась ее совета и укрылась в блокгау¬ зе. Они бросились друг другу в объятия, и простодушная индианка, заливаясь тихим и счастливым смехом, то 342
Перед ней было взволнованное и даже по-своему красивой личико Июньской Росы.