Вскоре и Измаил увидел кита — черную точку, которая быстро увеличивалась. Кит несся вниз вместе с лодкой. Он распустил все свои плавники-паруса и вытянулся в прямую линию. Канат, связывающий кита с лодкой, не был виден, но лодка неслась за китом на расстоянии в три сотни футов.
— Кит выпустил газ и падает, — сказала Намали. — Перед землей он с помощью парусов выйдет из пике. Лодка может врезаться в землю. Все будет зависеть от искусства кита. Иногда они из-за нарушения кровоснабжения мозга делают ошибки в скорости и в определении расстояния. Тогда разбиваются, но при этом гибнет и лодка вместе с экипажем. Разумеется, всегда можно перерубить линь, но это дело чести гарпунера. Он не будет рубить его до самого последнего момента…
Она замолчала. Кит, если сохранит скорость и направление, врежется в землю в полумиле от них.
Сейчас кит был близко, и Измаил понял, что он гораздо больше голубых китов, за которыми охотился он сам. А голубые киты были самыми большими существами на Земле. Правда, у этого кита не было нижней челюсти. Пасть представляла собой круглую дыру, расположенную в центре головы.
Намали объяснила ему, что у кита нет зубов, а неподвижная нижняя челюсть срослась с черепом. Когда кит удовлетворяет свой аппетит, поглотив миллионы мелких животных, — а это бывает чрезвычайно редко, — пасть у него закрывается тонкой пленкой.
— Но существуют киты с зубами, которые нападают на беззубых китов и едят все, включая и людей, — сказала она.
— Я встречался с такими китами, — ответил Измаил, вспомнив гигантского белого кита с морщинистым лбом и изуродованной челюстью. — Если этот кит сейчас не повернет, он обязательно врежется в землю.
Гигантское тело мчалось вниз и не собиралось расправлять крылья. Все люди в лодке лежали, кроме одного человека. Измаил ждал, когда рука гарпунера поднимется и ударит ножом по линю. Но тот стоял неподвижно.
— Эти люди либо слишком храбры, либо слишком глупы, — пробормотал по-английски Измаил.
Потом он не выдержал и закричал, тоже по-английски:
— Руби, черт побери! Руби!
Но вот крылья кита с ужасающим треском раскрылись. Это было похоже на залп мушкетов.
Движения животного были тщательно выверены. Хвост его резко пошел книзу, увлекая за собой лодку и в то же время направляя самого кита вверх. Но начальная скорость кита была все же очень большой, и хотя он развернулся вверх, он все еще продолжал падать.
Лодка была уже под китом и продолжала стремительное движение вниз, хотя кит уже вышел из виража.
Измаил видел четырех человек в лодке, привязанных охранными ремнями, и гарпунера, ухватившегося за борт руками.
— Теперь уже поздно рубить линь, — сказала Намали. — Если лодка освободится от кита, она будет продолжать падение. Теперь осталось только надеяться, что сам кит спасет их от столкновения с землей.
— Нет. Им уже не спастись.
Если бы земля была на фут ниже или кит начал свой вираж на секунду раньше, лодка могла бы спастись. Но катастрофа произошла.
Лодка зацепила кормой за землю, линь лопнул, лодка перевернулась, людей выбросило за борт, так как охранные ремни полопались, и вот лодка разлетелась на куски, в момент поглощенные джунглями.
Кит, выпустивший большую часть своего газа, смог подняться на высоту всего пятьдесят футов. Чтобы подняться выше, ему требовалось произвести заново газ, а это зависело от того, сможет ли он найти себе пищу. На такой маленькой высоте это было маловероятно.
Поэтому, скорее всего, кит обречен. Он будет дрейфовать на малой высоте, постепенно теряя газ и спускаясь все ниже, пока не рухнет в джунгли, если до этого не станет добычей воздушных акул.
Измаил и Намали продирались через заросли к месту катастрофы. После долгих поисков им удалось найти одного человека. Все кости его были переломаны, к тому же он напоролся на толстый ствол растения.
Вдруг они услышали крики о помощи. Другой человек лежал в густых зарослях, куда упал после катастрофы. Однако при падении он только сломал ногу и получил множество царапин.
Они положили раненого поудобнее и стали искать остальных.
Третий человек лежал на открытом месте. Воздушные акулы, появившиеся неизвестно откуда, уже собирались напасть на него.
Измаил и Намали потащили раненого под защиту зарослей. Раненый стонал. Он был в полусознательном состоянии. На голове у него была большая рана. Видимо, при падении он ударился головой обо что-то твердое. Одет он был в голубую юбочку с вышивкой — черный воздушный кит, в которого вонзился гарпун. Кит алого цвета был вытатуирован на груди, а множество китов поменьше украшали руки и ноги. Каждое изображение в действительности означало убитого кита. Да, этот человек за свою жизнь серьезно уменьшил число воздушных гигантов этого мира.
— Это Чамкри, великий гарпунер, — сказала Намали. — Должно быть, их корабль еще не слышал ужасной новости, иначе они бы спешили в город, а не охотились.
