— Вовсе нет, Социолог Вой. Я принимаю ваши данные и ставлю под сомнение только выводы. Взгляните сюда: не будет ли комплекс-тензор в этой точке переменным, если подставить точные значения для любовных отношений?
Вой взглянул, и на лице его явственно отразилось облегчение.
— Разумеется, Техник, разумеется, но уравнение в этой точке превращается в тождество. В итоге получается лишь небольшая петля без побочных ответвлений с любой стороны. Надеюсь, вы простите мне использование этого цветистого языка вместо точных математических формул.
— Я оценил это, — сухо сказал Харлен. — Вычислитель из меня не лучший, чем Социолог.
— Что ж, отлично. Упомянутый вами переменный комплекс-тензор, который можно назвать просто развилкой, не играет никакой роли. Развилка снова соединяется в один-единственный путь. Это такой пустяк, что о нем не стоило даже упоминать в наших рекомендациях.
— Раз вы так считаете, сэр, то мне остается только согласиться с вами. Теперь осталось только выбрать МНВ.
Харлен заранее знал, что при этих словах Социолог поморщится. МНВ означало «Минимальное необходимое воздействие», и здесь решающее слово принадлежало Технику. Социолог мог считать себя выше критики со стороны существ низшего порядка, пока он занимался математическим анализом бесчисленных возможных Реальностей, но в деле выбора МНВ все решал Техник.
Одних математических вычислений здесь было недостаточно. Даже самый большой Киберцентр, управляемый самым умным и опытным Старшим Вычислителем, в лучшем случае мог только указать область вероятных поисков МНВ. После этого Техник изучал данные и выбирал в границах этой области нужную точку. Хороший Техник ошибался очень редко. Первоклассный Техник не ошибался никогда.
Харлен не ошибся ни разу.
— МНВ, рекомендованное вашим Сектором, — продолжал Харлен ровным, бесстрастным голосом, четко произнося слова Единого межвременного языка, — предусматривает аварию космолета и мучительную смерть дюжины или большего количества людей.
— Это неизбежно, — сказал Вой, пожимая плечами.
— В свою очередь я считаю, что МНВ может быть сведено к простому перемещению небольшого ящика с одной полки на другую. Взгляните сюда.
Харлен сделал своим бледным, идеально подходящим для указывания ногтем слабую отметку на одной из серий перфорации. Вой слушал его с напряженным, но молчаливым вниманием.
— Разве это не меняет ситуацию с рассмотренной вами развилкой? Это делает появление развилки менее возможным и приводит нас…
— …к вероятной МОР, — прошептал Вой.
— …к точной Максимальной ожидаемой реакции, — поправил Харлен.
Вой поднял глаза; на его смуглом лице попеременно отражались злость и досада. Харлен мимоходом обратил внимание на щель между верхними передними зубами Социолога, придававшую ему обманчивое сходство с зайцем, что контрастировало со сдержанной силой его слов.
— Полагаю, что Всевременной Совет еще укажет мне на эту ошибку, — сказал Вой.
— Не думаю. Насколько мне известно, Всевременной Совет ничего об этом не знает. Во всяком случае, ваш проект Изменения попал ко мне без комментариев. — Харлен не уточнил слова «попал», и Вой не спросил его об этом.
— Значит, это вы обнаружили ошибку?
— Да.
— И не сообщили о ней Всевременному Совету?
— Нет, не сообщил.
Сначала Вой облегченно вздохнул, затем нахмурил брови.
— Но почему?
— Мало кто мог избежать подобной ошибки. Я решил, что смогу исправить ее, пока не поздно. Так я и сделал. Чего же еще?
— Что ж, благодарю вас, Техник Харлен. Вы повели себя как друг. Хотя ошибка, допущенная нашим Сектором, как вы сами сказали, почти неизбежна, боюсь, что в отчетах она выглядела бы непростительной оплошностью.
После секундной паузы Вой продолжал:
— Впрочем, по сравнению с теми сдвигами, которые вызовет грядущее Изменение Реальности, преждевременная смерть нескольких человек мало что значит.
«Похоже, он не слишком мне благодарен, — подумал Харлен. — Скорее обижен. А если он к тому же подумает, что от выговора его спас Техник, он обидится еще больше. Будь я Социологом, он бросился бы мне на шею, но Технику руки не подаст. Он не желает даже притронуться к Технику, а сам готов обречь дюжину людей на смерть от удушья».
Ждать, пока Социолог обидится всерьез, было нельзя, и Харлен напрямую спросил:
— Я надеюсь, что вы в знак благодарности не откажете мне в маленькой услуге?
— Услуге?
— Мне нужен План Судьбы. Все необходимые данные у меня с собой, как и проект Изменения Реальности в 482-м. Мне надо выяснить влияние этого Изменения на судьбу определенного человека.
— Я не уверен, что правильно понял вас, Техник, — медленно проговорил Вой. — Разве вы не можете сделать это в вашем собственном Секторе?
— Могу. Но я занимаюсь личными исследованиями и не хочу, чтобы до их завершения какие-либо результаты стали известны. В моем Секторе такой план трудно составить без… — Харлен завершил фразу неопределенным жестом.
— Значит, вы хотите сделать это неофициальным образом?
— Я хочу сделать это конфиденциально. И получить конфиденциальный ответ.
— Слушайте, это ведь противозаконно. Я не могу пойти на такое нарушение правил.
Харлен нахмурился.
