Я чувствовал себя уверенным, как никогда. Я потратил почти десять минут в туалете на Чаринг-Кросс, приводя себя в порядок. На моем лице не осталось следов ни пудры, ни губной помады. Сейчас не такой момент, чтобы попадаться на пустяках.
— Мне нужно кое-что.
Рита последовала за мной в сарай и с подозрением смотрела, как я копаюсь в ящике с инструментами.
— Что ты собираешься делать?
— Увидишь.
Я отрезал две доски длиной в три фута и соединил их вместе, так что получилось нечто вроде полки. Затем в верхней доске проделал две дырочки.
— Пойди и принеси мне револьвер. Он в верхнем ящике письменного стола. Будь осторожна, он заряжен.
Пока она ходила, я пристроил к доске спусковой механизм, представляющий собой обыкновенное реле времени, подобное тому, что мы применяли в Мессона, только чуть больше.
Она вернулась с револьвером и подала его мне. Я выщелкнул патроны из барабана и извлек патрон из ствола.
— Видишь штучку? Это реле времени. Оно способно сработать в любой момент, по твоему желанию. Мы использовали подобные игрушки, когда вели уличные бои в городе. Немцы наступали, и держаться больше не было сил. Тогда мы устанавливали такие машинки, настроив их на стрельбу с двухминутным интервалом, а сами удирали. Таким образом мы отрывались от противника.
Рита нетерпеливо слушала меня.
— Но что ты задумал?
— Мы будем вместе в гостиной, когда револьвер выстрелит, разбив окно. Как отреагирует на это Зерек? Надо, чтобы он до смерти напугался и ничего не заподозрил. Вот для чего предназначена эта штука. Нам необходимо иметь стопроцентное алиби.
— Но не рискует ли один из нас стать жертвой несчастного случая?
— Я буду очень осторожен.
— Это кажется мне опасным, Фрэнк. Не мог бы ты использовать холостые патроны?
— Нужно, чтобы пуля попала в окно. Я устрою так, чтобы ствол был направлен вверх.
— Но если Зерека поранит?
— Нет, это невозможно.
— Если он будет ранен, вмешается полиция, а я не хотела бы этого. Ты не можешь сделать что-нибудь другое?
— Я повторяю, ничего не случится. Я знаю свое дело. Пуля пролетит, по крайней мере, на три фута выше его головы.
— Почему ты думаешь, что он будет сидеть в гостиной?
— В этот час он всегда играет со мной в шахматы. А теперь не мешай мне заниматься делом.
Я установил револьвер, направив ствол в сторону гостиной.
— Иди туда, включи свет и встань на середину комнаты. Я хочу быть уверен, что прицел установлен как надо.
— Револьвер не заряжен?
— Нет, конечно. Ты же видела, я вынул патроны.
— Покажи мне его. И патроны тоже.
Я повернулся в ее сторону. Рита стерегла каждое мое движение. Не понимая, что происходит, я вытащил из кармана патроны и продемонстрировал ей.
— Семь. Ты удовлетворена?
— А револьвер?
— Что с тобой происходит?
— Ничего. Не хочу рисковать. Ты ставишь меня под пулю, и я должна быть уверена в своей безопасности.
Я попытался улыбнуться, но улыбка вышла кривой. Противный холодок пробежал по спине.
— Неужели ты думаешь, что я могу убить тебя?
В ее глазах стояла бездна.
Зерек тащился по летному полю. Полы его ужасного пальто развевались от ветра. Одной рукой он придерживал широкую черную шляпу, а в другой нес чемодан. Мисс Робинсон шла рядом.
Я вышел из тени и направился в их сторону.
— Миссис Зерек чувствует себя хорошо? — таковы были его первые слова.
— С ней все в порядке. Я видел ее, когда приезжал за машиной. Как ваша простуда?
— Она прошла, спасибо. — У него был очень довольный вид. Улыбка то и дело растягивала губы от уха до уха. — Я все время думаю о моем сыне.
О, черт! А я совершенно забыл об этой истории.
— Как путешествие?
— Все в порядке. Я вернулся быстро, так как хочу видеть жену.
Я взял чемодан и забросил в машину. Нечаянно задел его пальто и задрожал. Но это была мгновенная слабость.
— Я надеюсь вскоре вас увидеть, мистер Зерек. — Мисс Робинсон наклонилась.
— Видимо, я вновь поеду в Париж в конце месяца.
Не обращая на мисс Робинсон ровно никакого внимания, я сел за руль.
Пятифунтовый банкнот рыбкой скользнул в ладошку стюардессы.
— Я надеюсь, все будет прекрасно, мистер Зерек, — начала она. — И спасибо вновь за…
— Все в порядке. — Зерек увидел, что я прислушиваюсь к их разговору.
Я включил первую скорость и медленно направился к воротам.
— Нельзя ли побыстрей?
— Вначале я хотел бы сказать вам несколько слов.
Я выехал в тень и остановился.
— Что-нибудь случилось?
— Не знаю. Но после вашего отъезда за мной следили два довольно неприятных типа.
В неярком свете приборного щитка я видел, как изменилось его лицо. Маленькие глазки испуганно заморгали.
— Что они хотели?
— Я не успел это выяснить. Они неотвязно следовали за мной все время. Двое широкоплечих, судя по всему, очень сильных мужчин. Один в фуражке, второй в шляпе. На обоих длинные плащи.
Он задрожал.
— Вы думаете, они хотят выследить меня?
— Не хотел бы пугать вас, мистер Зерек, но я подумал именно так. Если бы их интересовал я, они не стали бы ждать, а расправились сразу. Но эти типы довольствовались лишь тем, что следили за мной.
Зерек бросил на меня затравленный взгляд.
— Я живу в уединенном месте. Не лучше ли снять квартиру в Лондоне?
