Единъ велможа именем Виоръ хотяше втайне царю глаголати, царь же рече ему: «Прииди в нощь сию и исповеждь ми, еже ти глаголати». Виор же прииде по глаголу цареву в нощь и виде юношю въ ухо шепчюще ко царю. И не явися Виоръ царю и изыде вонъ ис полаты царевы. И заутра прииде, и рече ему царь: «Почто не прииде тай исповедати ми? Но прииди паки в вечеръ и исповеждь ми». И пакы прииде Виоръ в вечеръ и виде юношу велми светла паче солнца въ ухо ему глаголюща. И паки възвратися. И на утрие прииде ко царю. Царь же з гневомъ рече ему: «Почто не прииде, яко же азъ рех тебе?» И Виоръ рече: «Господи мой царю, 3-ж приидох, и не едною обретох тя въ единстве». И пакы еще царь искушаше глаголъ его и рече ему: «Прииди в вечер».
И егда прииде Виоръ в вечеръ къ царю, и вопроси его царь: «Есть ли человекъ, якоже еси его виделъ всегда?» И рече ему Виоръ: «Господи царю, зракъ лица его, яко огнянъ». И поразуме царь, яко аггелъ Господень кажеть ему смыслъ и разумъ писати псалтырное сложение.
Есть близ двора царева блато при тайници царевы. И жабы кричяху гласы, егда писаше. Повеле отроком своим и забавиша жабам и съждами и сламами,[209] яко да не кричят. И абие виде Давидъ во едину нощь жабу велику распалающися на писанию его. Онъ же отверже ю. И паки виде второе. И поразуми ему писание, и почюдися Давидъ великому вражью навождению. И паки третие обрете ю на писании. И рече Давидъ: «Упражняю тя, дияволе, и что пакости дееши ми». Тогда рече жаба: «Или не дам аз тебе Бога славити, якоже ни ты мне даваеши».
Тогда повеле царь Давидъ отъяти отроки от блата того, яко да пакости не творят жабам темъ. И абие вси проглаголаша жабы. Тогда Давидъ рече: «Всяко дыхание да хвалить Господа».[210]
Списа же псалмовъ Давыд въ Псалтыри всех 300 и 60 и 5. И пакы царь Давыд устрои ковчежець малъ и Псалтырь запечатав и вложи в ковчежець и, заливъ оловом, и вверже в море по своей мудрости, и рече: «Аще есть слово се право мое составление псалтырное пред Богомъ, да изыдет из моря сий ковчежец и писанное в нем».
И бысть Псалтырь в море 80 лет. И по смерти Давыдове ввержет Соломон мрежу въ море и обрете мрежах ковчежец оловянъ. И распечята Соломонъ и обрете Псалтыри Давида, отца своего, списание псалмов токмо 100 и 50 и 3.[211] И техъ проповеда мирови и положиша и́ в соборне церкви, иже ю славит вышняго Бога.
И по летех мнозех частаго ради распленения Иерусалимскаго[212] истеряша псалмы и песни Давида списания. И пакы Ездра[213] пророкъ изыска и собра псалмов 150 и положи их не по ряду, не яко при Давиде были списаны. И наполнися миръ песней псалтырних.
Тако и Господь нашь Исусъ Христосъ в последняа лета преж сих времен в томъ же месте в море повеле воврещи мрежю своим учеником и ятъ рыбъ 100 и 50 и 3.[214] Якоже Давидъ и Соломонъ наполниша весь миръ псалтырным учением, тако и апостоли исполниша миръ божества и правыя веры. Рыбы бяху Новы заветъ и крещение Господне о Христе Исусе, Господе нашемъ, емуже слава всегда и ныне.
Давидъ, царь великый, от естества родом бяше незлобивъ и простъ, и кротокъ, милуя и почиташе Сауловы дети.[215]
И когда стоаше на полатах, внегда узре жену Уриину, мыющуся въ винограде своем, и повеле ю привести к себе, и сотвори с нею прелюбодейство. А мужа ея, Урию, посла противу ратных и повеле в полку убити его.[216]
Нафанъ[217] же пророкъ рече, егда хотяше Давидъ прелюбодейство и убийство творити, прорекъ бяше, глаголя, яко хощет умрети рожденный отрокъ.[218] Тому же умершу, родися Соломонъ от Вирсавии, жены Уриины.
И за то преступление посла Богъ Нафана пророка къ Давиду,[219] глаголя: «Тако глаголеть Господь, избери себе от троего едино: любо 3 лета гладъ створю в земли твоей, или 3 месяца бегати пред врагы твоими, или 3 дни смерть створю в земли твоей». Тогда Давидъ въздохнувъ из глубины душа своеа и рече: «Лучши ми есть впасти в руце Бога жива, яко
И день исплънися жатвеный. Сътвори Господь смерть въ Израили, от утра до обеда умре людий 70 000. И простре аггелъ Божий руку на Иерусалимъ, да погубит сущаа в нем. И рече Давидъ къ Господу Богу, егда виде аггела погубляюща народъ, и рече: «Се, Господи, аз съгреших, азъ, пастырь, зло створих,
Давидъ покаявся о гресе своем и созда жрътвеникъ Господеви. И добре поживъ, угодн Богу и, помолився, успе блаженым сном, преиде въ вечный животъ, поживе въ старости добре.
