Том 5. Багровый остров полностью

Грек-донжуан. Оцень приятно!

Серафима(узнает Голубкова). Боже мой!

Армянская голова. О! Тэр аствац инч сарсепели азк э русск азк![72]

Грек-донжуан. Что это? Такое что?

Серафима. Боже мой, позор!

Чарнота. Господин грек…

Грек-донжуан(печально, догадался). А… Разбойники. В мухоловку попал, в притон…

Серафима. Простите меня, мсье. Простите, это ужас, недоразумение.

Чарнота(берясь за револьвер, шипя, поворачивается к окнам). Сию минуту провалиться!

Грек-донжуан(тоскует). Ой, Боже!..

Голубков(двинулся к нему). Ты покупаешь…

Грек-донжуан(вынув бумажник). На кошелек и на часы, храбрый человек! Жизнь моя дорогая! У меня семья, магазин! Ах, детки, ах, малые! Ничего не скажу полиции, живи, добрый человек, славь Бога всемогущего…

Голубков. Спрячьте деньги сию минуту и уходите!

Грек-донжуан(растерялся). Ай, Константинополь, ай Стамбул! Какой стал… (Повернулся и пошел.)

Голубков(истерически). Покупки взять!

Чарнота. Мда…

Люська. Господин Голубков! Хо! А мы вас не далее как час назад вспоминали… Думали, что вы находитесь в РСФСР… Но вы здесь!.. Ваш выход можно считать блестящим… (Хохочет.) Ай, русские! Ай, спасибо! Ай, замечательная интеллигенция, чтобы ей сгнить в канаве на Галате! Чарнота, открывай сверток, мое сердце чувствует, что в нем ветчина!

Голубков. Я убью всякого, кто прикоснется к этому свертку.

Люська. Что такое? Чарнота, успокой молодого идеалиста. Открывай, я голодна!

Чарнота. Нет, Люси, я сверток не открою!

Люська. Ах вот что! (Голубкову.) Молодой человек, у вас есть деньги?

Голубков. У меня нет денег. Я хожу с шарманкой… все ищу.

Люська. Нахал вы! Нахал!.. Ну, решение мое принято! (Уходит через галерейку в комнату.)

Голубков. Вы, Серафима Владимировна… Ах, Серафима Владимировна! Вот я вас нашел, и что же вы сделали с собою? А? Я вас оставил на полгода только, я погнался за вами. А вы, оказывается, что же сделали с собою здесь? Я тифом болел, как и вы. Смотрите, моя голова обрита… Я в тюрьме сидел, и плыл, и бежал, все только за тобою… А ты, что ты делаешь, Сима? Гораздо лучше, ты бы пошла побираться…

Серафима. Кто дал тебе право упрекать меня! Я уже примирилась с мыслью, что ты погиб… Зачем же ты появился опять передо мною? Уходи, [ты только бередишь раны].

Голубков. Глупая женщина, я тебя люблю! Я тебя люблю с той минуты, как ты спала под фонарем… Я за тобою гнался… Я тебя нашел…

Серафима. Нет, это поздно! [Утекло все. Все растеряли во время бега. У меня, Сергуня, есть долги, которые нужно платить. И платить их буду только одна я. Так что, Сергуня, уходи, и каждый из нас будет пропадать по-своему.]

Голубков. Ты это твердо решила?

Серафима. Поверь.

Голубков. Ну, ладно, ты никому не достанешься! Ни за деньги, ни без денег!

Чарнота(мгновенно облапив Голубкова, отнимает кинжал). Ну что ты делаешь?

Серафима. Сумасшедший, сумасшедший!

Люська(выходит в шляпе, с маленьким чемоданчиком в руках). Мсье Голубков продолжает представление? Антракт на одну минуту, я кое-что скажу! Ну-с, ваше превосходительство, всего хорошего! Из мужей увольняетесь… Напоминаю вам, что за полгода в Стамбуле мы с вами съели мои серьги, кольца, кулон и белье с метками… И львиная порция у Артурки! На случай, если разбогатеете, пишите в Париж. У Люськи есть знакомство в восточном экспрессе. Объясните, чего полгода я, дура коричневая, сидела здесь? Прощай, Сима! С этим молодым человеком ты не пропадешь, если он тебе, конечно, не перережет глотку…