По темным скатам, на дорогеШуршат опавшие листы.Идет Дон-Карлос легконогий,Прозрачны жаркие мечты.Идет он с тайного свиданья…Он долго ждал, искал, молил –Свершилось! Дерзкие желаньяОн с нежной Нонной утолил.О, как была она прекраснаВо гневе горестном своем!И улыбается он ясно,Закрывшись бархатным плащом.«Подите прочь! Дон-Карлос, вы лиТак недостойно, в эту ночьКо мне прокрались, оскорбили…Забвенья нет… Идите прочь!О, знали вы: из сожаленьяЯ дерзость ваших ласк терплю.В моей душе одно презренье,Я не любила! Не люблю!»Он целовал ей кончик платья,Шептал: «Прости мне! Ты – чиста!»Но помнил – лишь ее объятья,Ее горячие уста.И думал: если ты несчастна –Зато безмерно счастлив я.Что о любви твердить напрасно?Мила нам страсть, и страсть своя.Сжимал я трепетное тело,Изведал сладостную власть…Мученьем, гневом, – что за дело,Чем ты ответишь мне на страсть?И стон ли счастья, крик ли боли –Они равны в моем огне.А разделенный поневоле –Он ярче и милее мне…Но молча слушал он укоры.Сказать? Она не поняла б…И от разгневанной синьорыОн, властелин, ушел – как раб.Невинны нити всех событий,Но их не путай, не вяжи,И чистота, единость нитиВсегда спасут тебя от лжи.Мерцает полночь; на дорогеЕдва шуршит упавший лист.Идет Дон-Карлос легконогий,Невинен, верен, прав и чист.
Амалии
Люблю тебя ясную, несмелую,Чистую, как ромашка в поле.Душу твою люблю я белую,Покорную Господней воле.И радуюсь радостью бесконечною,Что дороги наши скрестились,Что люблю тебя любовью вечною,Как будто мы вместе – уже молились.
26 марта 1911
Париж
Сергею Платоновичу Каблукову
Темны российские узоры:Коровы, пьянство и заборы,Везде измены и туманыДа Кукол Чертовых обманы…Пусть! верю я, и верить будуНаперекор стихиям – чуду,И вас зову с собою: верьте!Но верой огненной, – до смерти.
27 сентября 1911
С.-Петербург
«Оле»
Безвольность рук твоих раскинутых…уста покорные молчат.И сквозь ресниц полусодвигнутыхедва мерцает бледный взгляд.Ты вся во власти зыбкой томностии отдающегося сна…О, не любовью, грешной темностьюмоя душа уязвлена.Пусть не люблю – нет сожаления,пусть ты не любишь – всё равно,меня жестокости и дленияпьянит холодное вино.Как будто в дьявольское зеркаловзглянули мы… Оно светло,и нас обоих исковеркалоего бездонное стекло.