Том 8. Театральный роман полностью

Погонщик мулов. Здорово, красотка!

Мариторнес. Ах! Как не стыдно так пугать людей? Здравствуйте!

Погонщик мулов. Здравствуй, Мариторнес! А я ведь тебя давненько не видал и соскучился по тебе. Надо сказать, что ты очень похорошела за это время!

Мариторнес. Ах, перестаньте шутить!

Погонщик мулов. Я не шучу, драгоценная Мариторнес. Пойди-ка сюда ко мне поближе, я тебе хочу что-то шепнуть.

Мариторнес. Как вам не стыдно!

Погонщик мулов. Вот тебе раз! Да откуда ты знаешь, чтó я хочу тебе шепнуть?

Мариторнес. Нам известно, о чем шепчут на ухо… (Напевает.) «Вот лежит пастух безгласный…»

Погонщик мулов. Ну, слушай… сегодня я намерен ночевать у вас… так вот, когда все угомонятся… ты меня навести…

Мариторнес. Ишь, что выдумал! Да ни за что на свете! А где же тебя поместит хозяин?

Погонщик мулов. Я попрошусь в сарай.

Паломек(во флигеле). Мариторнес! Мариторнес!

Мариторнес. Отойди от меня! Слышишь, хозяин зовет!

Паломек(выглянув в окно). Мариторнес! Где эта дрянная девица?

Мариторнес. Что это вы так раскричались? Я здесь, где же мне еще быть?

Паломек. Ты что там делаешь?

Мариторнес. А что же мне делать? Видите, белье вешаю.

Паломек. Знаем мы это белье! С тебя глаз нельзя спускать.

Погонщик мулов(выходя из-за белья). Здорово, хозяин! Здравствуйте, сеньор Паломек Левша!

Паломек. Ах вот оно какое белье! Что это за необыкновенная девица! Скажите на милость? Чуть только отвернешься — начинаются шашни!

Погонщик мулов. Нет, хозяин, вы напрасно браните ее, она хорошая девушка. Я только что вошел во двор и не успел ей сказать и трех слов…

Паломек. Разные бывают слова. Иные три слова хуже, чем целая длинная речь. Эта красотка всем известна.

Мариторнес. Мало того, что всякие семейные несчастья вынудили меня служить на постоялом дворе за гроши…

Паломек. Ну-ну-ну, довольно, перестань хныкать, бездельница!

Ты ко мне?

Погонщик мулов. Да, хочу у вас переночевать.

Паломек. Все занято, нет ни одной постели… разве что в сарай… В сарае желаешь?

Погонщик мулов. Это, стало быть, укрываться небом со звездами? Ведь крыша-то у вас дырявая?

Паломек. Ах, простите, почтеннейший сеньор! Ежели бы я знал, что вы пожалуете к нам, я бы приготовил вам дворец под золотой крышей и с шелковыми одеялами. Не нравится — ступай, ночуй в поле. Я ведь тебя не приглашал, говорю, что все занято.

Погонщик мулов. Ну ладно, ладно, согласен в сарай.

Паломек. Нá попону! (Выбрасывает в окно попону.) Подстели, заснешь, как на перине, по-королевски, еще все завидовать будут.

Мариторнес(тихо). Что вы, что вы!.. (Напевает.) «Отчего же на нем кровь? Нож ему вонзили в сердце, и погиб он за любовь…»

Эрнандес(в окне флигеля). Эй, хозяин! Дайте-ка нам еще винца!

Паломек. Сию минуту, сеньоры! (Пробегает во флигель с бурдюком, потом возвращается к себе.)

Эрнандес(во флигеле поет). «Ах, маркиз мой Мантуанский, Мантуанский, Мантуанский, дядя мой и господин!..»

Санчо. Благодарение небесам, добрались до постоялого двора! Ох!.. (Садится на край колодца.) Эй, девушка… девушка!.. Подойди-ка сюда!

Мариторнес. Вот так так! Таких у нас еще не бывало!

Санчо(Дон Кихоту). Очнитесь, сеньор, приехали на постоялый двор!

Дон Кихот. Что?

Санчо. Держите себя бодрее, сударь, а то вы похожи на мешок с навозом. Мы прибыли на постоялый двор.

Дон Кихот. Что говоришь ты, Санчо? Мы прибыли в замок? Подожди, сейчас выйдет карлик, протрубит, подъемный мост спустят, и мы войдем…