Осмотрительно раздвинули ветки, и вот перед ними предстало пуэбло, домики которого как будто прилепились к подножию крутой скалы.
В бинокль, взятый у вождя Зоркий Глаз, Томек тщательно рассматривал деревушку зуни. С места, где они находились, весь поселок был виден как на ладони. Пуэбло лепилось к излому горной стены с двух сторон: с востока и с юга. На плоских крышах нижних домов, без дверей и окон, террасами громоздилась целая пирамида хижин. На верхних ярусах пирамиды домики были совсем крошечные и стояли вплотную к самой скале. Часть плоских крыш каждого яруса служила для следующего террасой, на которой днем сосредоточивалась жизнь обитателей пуэбло. С некоторой перспективы казалось, что это огромные ступени каменной лестницы прилегают к отвесной стене.
Вместо окон, дверей и дымовых труб в плоских крышах домиков были проделаны квадратные отверстия. С яруса на ярус вели приставные лестницы. На ночь или на случай нападения зуни втягивали эти лестницы на крышу. Таким образом, пуэбло превращалось в настоящую крепость, в которой можно удобно защищать каждый ярус.
Стояло позднее утро. В бинокль были хорошо видны женщины, готовящие еду на террасах, и играющие дети. Томек тщательно разглядывал все ярусы, отыскивая среди индианок такую знакомую ему фигурку Салли. К сожалению, ее нигде не было видно. Разочарованный и подавленный, Томек передал бинокль боцману. Потом пуэбло рассматривал в бинокль Черная Молния, а в конце — Порезанное Лицо.
— Угх! Зуни предприняли особые меры предосторожности, — вполголоса сказал Черная Молния, когда Томек спрятал бинокль. — На землю спущена только одна лестница, а вооруженные мужчины охраняют женщин, работающих в поле.
Опечаленные Томек и боцман только теперь обратили на это внимание.
— Неужели это подтверждает догадку, что именно они похитили Салли? — воскликнул Томек. — Среди индианок на террасах я ее не заметил.
— Все может быть, но, как бы там ни было, зуни соблюдают осторожность, словно опасаясь нападения, — ответил Черная Молния, а потом, обращаясь к разведчику, спросил: — Где мой брат Порезанное Лицо встретил странного койота?
— Недалеко отсюда, вон в тех кустах, — ответил Порезанное Лицо, указав на полосу кустов, видневшуюся на юге.
Разведчики осторожно спустились с холма. Несколько часов они бродили вокруг пуэбло, но нигде не заметили таинственного койота.
Боцман, устав рыскать по чащобе, то и дело вытирал пот со лба, наконец остановился и сказал:
— Передохне́м немного, а то я ослабел от жары. Сдается мне, что этот койот не Динго.
— Откуда вы знаете, если мы еще не убедились в этом? — встревоженно спросил Томек.
— Был бы это наш Динго, нам бы не пришлось искать его как иголку в стоге сена. Неужели он не прибежал бы сам, почуяв наши следы?
— Об этом я не подумал, — вздохнул Томек.
— Нахтах Нийеззи говорил, что нападавшие чуть не убили собаку. Если Динго выжил и поплелся за ними, то он их остерегается. Днем, по примеру койотов, скрывается в прерии, а вечером подходит к пуэбло, — заметил Черная Молния.
— Да, это верно, — пробормотал боцман.
— Черная Молния правильно говорит, — поддержал вождя Порезанное Лицо. — Мы встретили это животное сегодня на рассвете.
— Теперь отдохнем здесь, а когда солнце зайдет, еще покружим возле пуэбло, — предложил вождь.
— Ничего не поделаешь, — неохотно согласился боцман.
Томек сел рядом с боцманом, а Черная Молния и Порезанное Лицо все еще неутомимо прочесывали кустарники. Наконец и они вернулись к белым друзьям.
Так проходил час за часом. Солнце медленно склонялось к западу. Как только на небе блеснули звезды, четыре разведчика снова принялись за поиски. За ночь они несколько раз обошли пуэбло, приближаясь и отдаляясь от него. Иногда они слышали крик совы, тихий полет летучей мыши и даже вой настоящих койотов, но он никак не напоминал лай Динго.
— Сдается мне, что разведчики и правда приняли койота за нашу собачонку, — шепнул боцман Томеку.
Томек предостерегающе зажал ему ладонью рот. Они находились очень близко к стенам пуэбло, а на террасе второго яруса домиков, у горящего костра, сидели два сторожа. Как вдруг Черная Молния остановился. Вытянул, как журавль, шею к залитому лунным светом пуэбло и молча показал рукой на террасу.
На террасе появились две фигуры. Они на момент остановились возле сторожей, а потом принялись медленно прогуливаться.
Томек вскочил и сделал такое движение, будто хотел ринуться к пуэбло. К счастью, твердая рука Черной Молнии удержала его на месте. Томек преодолел волнение, но слезы все равно потекли из глаз. У него не было ни тени сомнения, что на террасе находилась Салли. Она медленно гуляла в обществе старшей, чем она, высокой индианки. Темные силуэты женщин ясно вырисовывались на фоне белых стен пуэбло, облитых светом луны.
