— Зуни принесут другие лестницы, — пробормотал Порезанное Лицо.
— Наши пули быстро их образумят. Им придется держаться на приличном расстоянии от нас. А когда поймут свое бессилие, мы легко с ними договоримся.
— Ах, чтоб тебя, браток! — воскликнул одобрительно боцман. — Правда, спускаясь на веревке, тут легко и шею свернуть…
— Мне кажется, что это меньший риск, чем прямая атака на стены пуэбло снизу. У нас всего сорок воинов, откуда же может быть уверенность, что удастся силой отбить Салли? Разве ее не могут обидеть во время нападения? Кроме того, у меня в ушах все еще стоит крик людей, убиваемых на ранчо дона Педро… Я бы очень хотел обойтись без ужасной схватки, которая принесет смерть стольким людям…
— Угх! У Нахтах Нийеззи — сердце краснокожего, военная хитрость достойна вождя, но мысль его — как у бледнолицего… — сказал Черная Молния. — Однако у бледнолицых нет жалости к индейцам, хоть мы требуем только то, что нам принадлежит по праву.
— А разве не индейцы будут гибнуть в этой братоубийственной битве? — с жаром возразил Томек. — Только поэтому я и хочу ее избежать. Сам подумай, сколько твоих воинов лишится жизни при атаке на пуэбло?
— Угх! Только это меня и может убедить. Хороший вождь не губит своих воинов напрасно.
— Когда мне давали орлиные перья за борьбу с Красным Орлом, вождь Зоркий Глаз сказал, что бескровная победа над противником приносит больше чести.
— Из уст моего брата слова текут как вода в реке, — сказал Черная Молния, тяжело вздохнув. — Правду сказал Разящий Кулак, что с тобой трудно спорить.
— Я берусь первым спуститься на крышу дома вождя, — решительно заявил Томек. — Если мне это не удастся, вы поступите, как вам будет угодно.
— Я спускаюсь с тобой, браток! — воскликнул боцман.
— А вы представляете, какая нужна веревка, чтобы удержать такую тяжесть, как вы? — возразил Томек. — Чем веревка длиннее, тем она слабее, а здесь надо по крайней мере метров пятьдесят.
— Чепуху мелешь, браток! Ты еще не видел, как я по реям лазаю!
— Не в этом дело! Ваша необыкновенная сила и вес могут пригодиться на что-нибудь другое. Мы можем привести сюда только нескольких воинов. Из них пятеро или шестеро должны спуститься со мной, а остальные будут держать веревку, которую здесь не к чему привязать. Вы знаете теперь, сколько зависит от вашей силы и выдержки?
— Это почему же? — удивился боцман, которому решительно не нравилась пассивная роль.
— Веревку должны держать сильные и надежные руки, — от этого зависит успех всего дела.
Боцман уныло замолчал, а Черная Молния и Порезанное Лицо смотрели друг на друга, пораженные планом бледнолицего.
— Пусть Нахтах Нийеззи еще раз объяснит нам свой план, — попросил Черная Молния.
Томек начал:
— Отряд из восьми воинов с оружием и веревками взойдет на вершину скалы, нависшей над пуэбло. Шестеро из них спустятся по веревке на крышу хижины вождя, захватят его вместе с домашними и будут держать оборону в случае атаки. О выполнении этой первой части задания группа смельчаков сообщит своим товарищам выстрелом. Остальные тем временем окружат деревню. Зуни наверняка поймут, что попали в западню, и согласятся отдать белую пленницу в обмен на вождя.
— Угх, угх! — прошептал Черная Молния.
— Угх! — изумился Порезанное Лицо.
— Ловко ты это обмозговал! — одобрил боцман.
Теперь план Томека показался всем необычайно простым и легким, хотя требовал решимости и смелости. Они еще раз обсудили некоторые детали, после чего вождь приказал Порезанному Лицу остаться на месте и следить за поведением зуни, а сам с двумя белыми друзьями возвратился к воинам, ожидавшим их в каньоне гор Западная Сьерра-Мадре.
На следующий день, к вечеру, восемь воинов взобрались на площадку, нависающую над пуэбло зуни. Здесь они осторожно положили оружие и огромную связку веревок, затем прильнули к скале, чтобы не выдать себя.
— Ничего нового в пуэбло? — спросил Черная Молния.
— Нет, все в порядке, — ответил разведчик. — Сегодня у них какой-то праздник, мужчины почти весь день были в подземных кивас и только недавно вернулись в свои вигвамы.
— А вождь у себя? — беспокоился Томек.
— Угх! Мне кажется, да. Вместе с ним на террасе я видел двух мужчин и трех скво. Одна старая и две молодые.
— Прекрасно! — обрадовался боцман. — Выковыряем их из гнезда, как скворушек.
Палящий Луч с воинами решили тщательно ознакомиться с местом будущих военных действий еще до наступления темноты. Они по очереди наблюдали за жизнью пуэбло. Кроме Томека, боцмана, Палящего Луча и Порезанного Лица, вождь выбрал еще четверых молодых, сильных и отважных воинов, которые должны будут захватить в плен вождя зуни. Остальные воины вместе с вождями Зорким Глазом и Хитрым Лисом получили задание еще до рассвета окружить деревушку и отрезать пути к бегству.
Постепенно темнело. Над вершиной горы показались первые звезды, потом из-за гор появилась серебристая луна и величаво поплыла над прерией. Жизнь в пуэбло медленно затихала, пока не воцарилась полная тишина.
