Револьвер выстрелил дважды. Глаза Маркуса удивленно расширились, когда сила пуль толкнула его назад. Он ничего не почувствовал. Даже когда Маркус упал на мольберт, потом на пол, стукнувшись затылком о пол, он ничего не почувствовал. Его тело дергалось снова и снова, пока Дэвидсон расстреливал в него обойму. Маркусу казалось, что он видит это все на экране.
Он умирал. Еще одна шутка судьбы. Он собирался покончить с собой сегодня вечером. Он хотел положить конец изощренному тиранству матери. Он бы избавил Виктора от будущего, в котором о нем некому будет заботиться. А вместо этого он умирает на полу своего кабинета, убитый за преступление, которого он не совершал. Он проиграл даже в смерти.
– Они р-решат, что это с-сделал М-маркус, – сумела выговорить Анни.
– Нет, – возразила Долл. – Они будут точно знать, что ты убила себя сама. Встань.
Опираясь спиной о «Кадиллак», Анни медленно, неуклюже поднялась на ноги.
Придумать план спасения было так же тяжело и трудно, как бороться с сильным течением. А идти и одновременно с этим размышлять оказалось практически невозможно. Земля как-то странно поднималась и опускалась у нее под ногами. В свете фар дом качался, словно мираж в жарком мареве пустыни. Ей становилось все труднее дышать. Анни чувствовала, как все медленнее бьется сердце, словно часы, у которых кончается завод. Осталось совсем немного времени, и наркотик окончательно победит ее, и тогда Долл всунет дуло револьвера ей в рот и спустит курок. Самоубийство.
С карьерой у нее проблемы. С коллегами последнее время она не слишком ладила. Многие говорили, что Анни начала пить. Станет ли это достаточным основанием для того, чтобы все поверили, что она поехала в дом, где когда-то нашла изувеченные останки Памелы Бишон, наглоталась успокоительного, а потом вышибла себе мозги из табельного оружия?
– Н-но как я сюда поп-пала? – поинтересовалась Анни, останавливаясь у лестницы, ведущей к парадному входу.
– Заткнись! – бросила Долл, тыкая ей в спину револьвером. – Заходи.
Анни подумала, что ее машина – это лишь мелкая деталь для такого матерого убийцы, каким была Долл Ренар.
Убийство уже дважды сошло ей с рук. Анни споткнулась на ступеньках.
Дверь оказалась открытой, как будто их кто-то поджидал. Анни вошла в прихожую, ее шаги гулким эхом отдавались в пустом доме. Луч переносного фонаря прорезал темноту, освещая ей путь к смерти. Пол был покрыт пылью. Кружева паутины украшали дверные проемы. Ощущая спиной дуло револьвера, Анни прошла по коридору, цепляясь левой рукой за стену, нащупывая дорогу, как слепая.
– Когда Маркус обо всем узнает, он возненавидит в-вас…
– Маркус любит меня. Я нужна моим сыновьям. Никто их никогда у меня не отнимет. – Долл говорила со страстной убежденностью.
– А кто пытался их у вас отнять? – спросила Анни. Она едва передвигалась на непослушных ногах. Безразличие овладело ею. Хотелось только одного – упасть на пол и больше не двигаться.
Анни переступила порог и оказалась в столовой. Долл присела на корточки, луч фонаря опустился, высветив торопливое бегство змеи по грязному дубовому полу.
Анни согнулась пополам, прислонившись правым плечом к стене, пытаясь собраться с силами. Долл стояла в двух футах перед ней. Дверь в коридор была справа от Долл, там же располагалась лестница на второй этаж, утопавшая в темноте.
Пальцы Анни сжимали крошечный баллончик. Она попыталась вдохнуть поглубже, попыталась думать, разглядывая свои черные форменные туфли.
– Клод собирался отнять у меня детей, – Долл неожиданно ответила на ее вопрос. – Он предал нас. Он бы отобрал у меня моих мальчиков. Я не могла этого допустить.
– В-ваш м-муж?
– Он получил по заслугам. Я так ему и сказала перед тем, как его убить.
Долл сделала еще шаг к Анни.
– Хватит болтать! Ваше время истекло, помощник шерифа.
– А п-почему на Памеле ок-казалась маска? – спросила Анни, не обращая внимания на ее слова. – Она в-вела п-прямо к в-вам.
– Об этой маске мне ничего не известно, – нетерпеливо ответила Долл. – Ложитесь сюда, помощник шерифа. На то место, где умерла другая сука.
– Я н-не могу двигаться…
– А ну-ка пошевеливайся! – потребовал властный голос.
Анни восприняла команду как сигнал к действию и призвала на помощь все силы. Левой рукой она отбила револьвер в сторону. Оружие выстрелило, пуля попала в потолок. Одновременно с этим Анни подняла баллончик и прыснула Долл в лицо.
Миссис Ренар вскрикнула, когда перец попал ей в правый глаз. Она оступилась, прикрывая лицо свободной рукой и снова прицеливаясь в Анни. Револьвер выстрелил, и пуля попала Анни в нижнюю часть груди, толкнув ее к стене. Пуля ударилась о бронежилет, и от удара у Анни перехватило дыхание, но времени для передышки не было. Она должна двигаться. И немедленно.
