– Да, мэм. – Голос Уиллы звучал напряженно и резко. Она развернулась и быстрой походкой пошла дальше по коридору.
Виола прикусила щеку и смотрела, как она уходит.
Язык тела и тон голоса всегда содержат информацию, это я усвоила, еще работая секретарем в провинциальном полицейском участке. Потом, в процессе работы над книгами, я узнала об этом еще больше, хотя дедушка всегда говорил, что работа в маленьком городке – лучший способ освоить вообще что угодно. С тех пор прошло десять лет, моя первая книга успела стать хитом, и все это время мои исследования оставались сугубо теоретическими. А дедушка умер двенадцать лет назад. Голоса людей из прошлого часто напоминали о себе, когда я искала материал для книги или писала, в моих вымышленных мирах они звучали громко, четко и уверенно, но сейчас, когда я наблюдала за реальными людьми, впечатление было чересчур резким. Уилла не боялась Виолу, Виола не боялась никого, а Доннер просто хотел поскорее уйти.
– Она проблемная? – спросил он Виолу после того, как Уилла скрылась из виду.
– Все они проблемные время от времени, – ответила Виола, – но с этой я постоянно хочу проверить, на месте ли кошелек.
Она действительно похлопала себя по заднему карману. Мне странным образом захотелось проделать то же самое, но я сдержалась.
– Мне поговорить с Грилом? – спросил Доннер.
Виола оглядела пустой холл.
– Пока нет. Я тебе скажу, если что. – Она повернулась ко мне. – Лестница вон там, в конце маленького зала, недалеко. Лифта нет. Есть можете вместе с нами. Не переживайте, я заставляю тех, кто готовит, пробовать еду в нашем присутствии, так что никакой отравы.
Я молча моргнула, но ни она, ни Доннер так и не улыбнулись.
– Что вы решили? – спросил Доннер. – Останетесь или уедете?
– Останусь. Спасибо вам. – Я повернулась к Виоле. – Ключи?
– Конечно. Держите. Советую всегда запирать двери.
Рекомендация была вполне очевидной, тем не менее я кивнула. Я по-прежнему полагала, что не задержусь здесь надолго. Наверняка удастся что-нибудь найти. В конце концов, у меня есть деньги, а они ведь обычно помогают решать такие проблемы? Конечно, добраться до тех денег, которые не были у меня с собой в поясной сумке, непросто, но я знала, что делать. В забытой богом глуши и в одном доме с бывшими преступницами я чувствовала себя в гораздо большей безопасности, чем за весь последний месяц.
Доннер коротко и слегка рассеянно попрощался с нами обеими, Виола проводила меня в комнату и вышла, а я наконец сняла кепку и почувствовала, как напряжение покидает тело. Притворяться нормальной перед всеми этими людьми оказалось непросто.
Я провела рукой по голове и осторожно коснулась шрама кончиками пальцев. Дверь закрыта на замок. Я в сотнях миль от того мира, где живет Леви Брукс. Между мной и ним сейчас горы, океаны, реки, леса, медведи и, по всей видимости, как минимум одна вооруженная женщина. Быть может, когда-нибудь он меня найдет, но не сегодня и не сейчас. И та смерть, о которой говорил Доннер, не имеет ко мне никакого отношения, даже если это и вправду убийство.
Я в безопасности.
Надеюсь.
Я снова могла дышать – почти свободно. Обрывки воспоминаний, которые то и дело возвращались, очень действовали на нервы. Доктор Дженеро предупреждала, что я могу иногда вспоминать что-то, но так и не сказала, как именно это будет происходить. Смогу ли я вспомнить в будущем что-то более существенное, чем клетчатая куртка или цветок маргаритки? И как это повлияет на мою концентрацию? Может, из-за того, что раньше мои мысли были полностью заняты предстоящим побегом, воспоминания не могли проявиться? И что будет теперь, когда мой побег остался в прошлом?
Я надеялась на лучшее и думала, что смогу, если что, спросить совета у доктора Дженеро. А пока мне просто надо постараться отвлечься.
Комната оказалась очень удобной: комфортного размера, чистая и опрятная. Мелькнула мысль, что если все остальные на нее похожи, то здешним преступницам повезло. Двуспальная кровать с кованым бронзовым изголовьем была застелена стеганым покрывалом и украшена декоративными подушками, под ними – новые хлопковые простыни и пуховое одеяло. На поблекшем деревянном полу были видны дорожки от множества ног. У окна с видом на лес стоял большой стол: если наклонить голову вправо, можно было даже увидеть кусочек океана.
Ванная была крошечной, но в ней умещались ванна с душем, раковина на пьедестале и унитаз. Над ним две деревянные полки для всего нужного: на нижней лежали три чистых полотенца и два рулона туалетной бумаги. Несмотря на размер, ванная была уютной. На молочно-белой кафельной стене равномерно расположились яркие плитки с изображениями медведей, лосей и тупиков. Надо узнать, было ли это место когда-нибудь просто обычным отелем.
Я посмотрела на свое отражение в старом зеркале, обрамленном деревянной рамой.
«Ну, здравствуй, незнакомка».
