– По-разному, зависит от ситуации. Всего нас на службе четверо. Я в основном помогаю с поисково-спасательными работами. И подвожу людей из аэропорта, – добавил он.
– За это отдельное спасибо.
Доннер остановился и переключил передачу.
– Оставайтесь здесь. Мне нужно кое-что проверить в доме, но это по-прежнему место преступления, и я здесь официально.
Я кивнула.
Наблюдая за идущим к дому Доннером, я обратила внимание на то, как он осматривал пространство вокруг. Я не знала, что они успели выяснить, но Доннер был настороже, внимательно глядел на дорогу перед собой и окидывал цепким взглядом лес вокруг.
Я пожалела, что не расспросила его по дороге про обоих Рафферти. Меня удивили новости про Джорджа, но кто знает, что это было на самом деле? Доннер выглядел тогда несколько обеспокоенным, но не более того.
Да, тот еще репортер из меня выйдет. Я тоже стала осматриваться. Мало какая глушь выглядела столь первобытной и недружелюбной. Я поежилась.
Здесь можно с успехом прятаться от мира, но это также означает и абсолютную изоляцию. Вряд ли кто-то услышит крик из хижины, даже до ближайших соседей, вероятно, долетят лишь непонятные звуки, приглушенные деревьями, а скорее всего, вообще ничего не долетит. Я сомневалась, что кто-то мог услышать здесь выстрел. И сколько здесь бродит охотников? Нет, пора задавать правильные вопросы.
Я как раз поудобнее устроилась на бугристом сиденье машины, когда что-то мелькнуло в темноте деревьев. Я тут же вскинулась. Лось? Медведь? Мой взгляд метался между тенью в лесу и дверью хижины. Может ли это что-то застигнуть Доннера врасплох или он достаточно опытен и будет смотреть по сторонам прежде, чем выходить из дома?
Надо ли предупредить его? Посигналить? Я наблюдала за движущейся тенью, держась за дверную ручку. Я не знала, насколько громко надо бить тревогу.
Из леса неловко выступил человек, словно кто-то толкнул его сзади. Зимняя одежда на нем была разорвана, и я вновь подумала о медведе. Но ведь когти наверняка порвали бы не только одежду, но и кожу. И были бы пятна крови. Он был бы серьезно ранен, ведь так?
Мужчина не сразу заметил пикап, но, когда его взгляд сфокусировался, в глазах, как мне показалось, промелькнула паника. Я локтем заблокировала ближайшую дверь, метнулась к водительскому месту и сделала то же самое с другой стороны. А затем нажала на клаксон.
Мужчина подскочил от испуга, глаза его еще больше расширились, но он не убежал. Он стоял и непонимающе смотрел сначала на пикап, а потом на Доннера, выходящего из хижины. А секунду спустя мешком осел на землю. Доннер подбежал к нему. Я открыла двери и поспешила к ним.
– Я не знала, что делать. – Я присела на корточки рядом с Доннером. – Надо вызвать помощь?
Доннер прикоснулся к шее мужчины.
– Пульс есть. Это Джордж Рафферти. Надо отвезти его в город к врачу. Я позвоню Грилу по дороге. Вы не могли бы закрыть дверь хижины, пока я его донесу до машины?
Я поспешила к хижине и смогла хотя бы частично удовлетворить мучившее меня любопытство и заглянуть внутрь. Судя по всему, дом все еще был действующим местом преступления. Я постаралась запомнить как можно больше.
Пятна крови на полу были расположены так, что мне стало понятно: пуля была выпущена с западной стороны дома. Я видела, где находилась Линда в момент, когда был произведен выстрел, и куда потом упало ее тело. Я не заметила никаких следов мозгового вещества или других фрагментов тканей. Но пятна крови были. Немного, но все же. Я постаралась мысленно сфотографировать обстановку, чтобы позже проанализировать увиденное, но кому как не мне было знать, что память – штука ненадежная, особенно если речь идет об увиденном лишь мельком. А еще я понимала, что без точных данных с места преступления можно было только гадать, что здесь случилось: самоубийство или убийство. В каком месте находилось оружие, когда из него выпустили пулю, убившую Линду? Именно это расстояние, точные цифры прояснили бы вопрос. Да, здесь работал медэксперт, который, как я надеялась, смог установить факты. Но я знала, что тоже могла бы это сделать, потому что раньше у меня хорошо получалось. Надо будет напомнить Грилу.
В Милтоне не совершалось много жестоких преступлений, но все же они случались. Дедушка брал меня с собой туда, где требовались точные замеры, – в таких делах любая цифра могла быть важной. Но с тех пор, как я видела кровь своими глазами, прошло довольно много времени.
Я хорошо умела запоминать вещи и замечать всякие мелочи. По крайней мере, раньше. Но сейчас у меня совсем не было времени на анализ и расчет.
Я плотно закрыла дверь и поспешила обратно к машине, где ждали Доннер и Джордж.
Сцена, разворачивающаяся на моих глазах, могла бы стать отличной историей для «Петиции». Все, что от меня требовалось, – запоминать детали.
