Я никогда раньше не вспоминала этот эпизод. Имел ли он отношение к тому, что случилось с ним? Или к тому, что произошло со мной? Или трагедии, произошедшие в моей жизни, сейчас наперебой расталкивали друг друга локтями у меня в голове, пытаясь вылезти на свет? Это случайные фрагменты или в будущем они окажутся частью какой-то более важной картины?
На протяжении многих лет мама спрашивала меня, не вел ли отец себя странно или необычно. Я вспоминала какие-то эпизоды, но именно этот – никогда.
На моей памяти отец ни разу не просил меня посмотреть, как он «репетирует», и я абсолютно не помнила, чем все продолжилось. Он действительно заново проиграл свою сцену продажи? Мне казалось, что нет, но уверенности не было.
Я покачала головой и подумала, что в организме у меня переизбыток аляскинского воздуха и все дело в этом. Я слишком много времени проводила вдали от реальности, не погружаясь в настоящее. Воспоминания и обрывочные эпизоды из прошлого не занимали все мое свободное время, и все же их было слишком много.
Я перепроверила замок на двери, взяла один из своих телефонов и набрала номер доктора Дженеро.
Она ответила после третьего звонка.
– Говорит доктор Дженеро. – В голосе звучала легкая неуверенность.
– Здравствуйте, это Бет.
Доктор с облегчением выдохнула:
– А я все думала, не вы ли мне звоните. У вас все в порядке, Бет? Подождите…
Я услышала в трубке шум, как будто доктор куда-то шла.
– Так, я у себя в кабинете и одна. Можете говорить. Расскажите все, что у вас происходит.
Я сообщила ей, что улетела в одно далекое место и что пока я в безопасности. Я не сказала куда, но постаралась дать ей понять, что это место находится вдали от городских условий. Доктор в ответ поинтересовалась, не болела ли у меня голова из-за перелета и смены давления.
– Нет, и сейчас я вполне хорошо себя чувствую, но пару раз у меня были вспышки сильной боли. У меня никогда не было мигрени, но, думаю, это было что-то очень похожее.
– Возможно. Сколько они длились?
– Пару минут, не больше.
– И только пару раз?
– Пока да.
Доктор Дженеро снова вздохнула:
– Возможно, волноваться не о чем, и все же, Бет, я бы очень хотела, чтобы вы вернулись. Мне было бы спокойнее, если бы я могла наблюдать за процессом выздоровления еще пару месяцев.
– Но вы сказали, что я полностью поправлюсь.
– Так и есть. Но я бы хотела, чтобы вы были в зоне досягаемости, на всякий случай. В конце концов, у вас была операция на мозге.
– Я не смогу вернуться, доктор Дженеро, так что придется работать с тем, что есть. Тут недалеко есть крупный город. Я найду какого-нибудь врача.
– В городе? То есть на месте врача нет?
– Я не уверена, что местный справится.
– То есть вы спрашивали его или ее про ваши головные боли?
– Нет, но это маленький городок, поэтому мы уже познакомились мельком. Он был занят. Даже не спросил про шрам.
– Я могу с ним связаться, если вы позволите.
– Нет, я поговорю с ним сама. Скоро.
– Собираетесь сказать ему, кто вы?
– Нет, я говорю всем, что упала с лошади.
– Вполне правдоподобная версия. Вы когда-нибудь ездили на лошади?
– Нет.
– Надеюсь, вы не сбежали на какое-нибудь ранчо.
Я рассмеялась:
– Нет, не на ранчо.
– Хорошо. – По голосу было понятно, что она тоже улыбается. – Рада, что вы в порядке.
– Простите, что сбежала. Надеюсь, вы понимаете, насколько это было необходимо.
– Вы поступили так, как требовала ситуация. Я рада, что вы позвонили.
– Доктор Дженеро, кроме головных болей есть проблема: я стала вспоминать то, что было. Я вижу эпизоды из прошлого, и мне снятся сны.
– Про Брукса?
– В том числе, да, но не только. Воспоминания из детства, случаи, о которых я забыла.
– Поняла. Что-то плохое? Страшное или тревожное?
– Любые воспоминания про Брукса вызывают страх, но визуальных картинок мало. По крайней мере, пока. Вы ведь знаете, что мой отец пропал, когда я была маленькой?
– Да, ваша мама мне рассказывала.
