Я еду на юг, туда, где вдоль дороги расположились дешевые мотели и ночные закусочные. Солнце на небе уже довольно низко, и высокие рекламные щиты переливаются неоновыми огнями, расхваливая достоинства того или иного заведения: круглосуточные завтраки, бесплатный Wi-Fi, телеканалы для взрослых. У меня полная сумка денег, и я могла бы снять номер в приличном, даже роскошном отеле, но поскольку, не имея кредитной карты, залоговый депозит оставить я не могу, выбор мой весьма и весьма ограничен. Да и вообще лучше особо не высовываться. Камеры видеонаблюдения в доме Лаваля зафиксировали мое появление на месте преступления. Я там всюду наследила, оставив кровавые отпечатки своих ног и пальцев. И на камерах выгляжу виноватой… как того и хотела Хейзел.
Впереди маячит съезд в сторону кафе «У дядюшки Джека», и я испытываю угрызения совести. Сегодня в четыре я должна бы заступить на смену. Что подумает мой босс, Рэнди, если я не выйду на работу? Я его никогда не подводила, но, в принципе, он вряд ли удивится. За работу мне платили черным налом. Не думаю, что он ждет от меня письменного заявления на увольнение с двухнедельной отработкой. К тому же он должен мне денег за те дни, что я работала после получения последней выплаты. Может, он и рад, что я исчезла, не говоря дурного слова.
Я вспоминаю тот день, когда Джесси первый раз пришел в кафе и сел за барную стойку. Как же я тогда обрадовалась! После случайной встречи в автосервисе он искал меня и нашел. Я была польщена. Но теперь задумалась… Почему он решил меня отыскать? Неужели это все было частью их с Хейзел изощренного плана? Внезапно перед глазами на мгновение всплывает одна тогдашняя сцена: Рэнди и Джесси что-то буркнули друг другу. В то время я восприняла это как обычный диалог между посетителем и хозяином заведения, однако от меня не укрылось, что они переговаривались с фамильярностью давних знакомых, разве что оба при этом были напряжены. Значит, Рэнди знал Джесси? Или, точнее, Картера Самнера?
И в тот вечер, когда мы с Джесси поддались обоюдному влечению –
Пять минут спустя я сворачиваю с шоссе I-5 на пустующую автостоянку, где машин почти нет. Мотель «Подкова» стоит в стороне от шоссе, пристроившись за блинной и кегельбаном. На расположенной высоко вывеске перечислены главные завлекалочки: автомат с кубиками льда, бесплатный Wi-Fi, бизнес-центр. Что ж, доступ к компьютеру лишним не будет.
Я вхожу в небольшой офис. Жужжит вентилятор. Липкий аромат освежителя воздуха не перебивает отвратительной смеси запахов табака и фастфуда. За стойкой сидит женщина средних лет, гадает судоку. При моем появлении она поднимает голову, на ее лице – недовольство.
– Будьте любезны, я хотела бы снять номер.
– Бронировали?
На первый взгляд, мотель почти пустой; стоит табличка, что свободные места есть.
– Нет.
Женщина испускает тяжелый вздох, будто заселение заезжего гостя – это огромное неудобство, а не ее работа. Она со стуком кладет на стойку сборник судоку. Я плачу наличными и оставляю в залог сто долларов. Заберу при выселении.
– На сколько ночей? – уточняет женщина.
– Пока на одну, – отвечаю я, зная, что должна уехать. Сесть на самолет и убраться отсюда подобру-поздорову… но не раньше, чем поговорю с Шоном Самнером. – Утром заплачу, если решу здесь задержаться.
Кажется, это вызывает у нее еще большее недовольство, но она кладет ключ от номера на исцарапанную столешницу и снова принимается расставлять цифры в квадраты.
Войдя в номер, я первым делом убираю в выдвижной ящик комода освежитель воздуха с ароматом клубники. Надавливаю на лоб подушечками указательных пальцев, надеясь, что головная боль спровоцирована химическим запахом, хотя более вероятно, что это реакция на стресс, страх и горе. Только скорблю я не о смерти Картера Самнера. Меня печалит кончина Джесси Томаса – человека, которого никогда не существовало.
Мой автомобиль спрятан за мусорным контейнером позади кегельбана, – чтобы не бросался в глаза, если вдруг полиция – или еще кто-то – будет меня разыскивать. Рюкзак с одеждой и туалетными принадлежностями, а также холщовую сумку со своими главными сокровищами – новым паспортом, деньгами и блокнотом Джесси – я приволокла в номер. Когда иду в душ, сумку беру с собой в ванную, чтобы она не оставалась без присмотра.
