Записав видеосообщение, я открываю специальное приложение и назначаю время его размещения. Через неделю этот ролик появится во всех моих соцсетях. Я не имела привычки подолгу зависать в них, но изредка выкладывала на своих страничках идеальные посты: фото блюд собственного приготовления, виды океана, селфи, на которых я была в роскошных нарядах. Но это видео взорвет фасад моей «красивой» жизни. И, с Божьей помощью, погубит моего мужа.
Я выключаю воду и достаю из-под раковины бутылку моющего средства с ароматом лимона. Несколько дней назад я опорожнила и тщательно вымыла ее, а потом налила туда водку. Бенджамин, если бы обнаружил в ванной спрятанную бутылку спиртного, заподозрил бы неладное. И отправил бы меня в подвал. В глубине выдвижного ящика моего туалетного столика лежит баночка со снотворным. Муж не допускал, чтобы в моей аптечке за раз лежало больше двенадцати таблеток, но я их копила, и теперь у меня было целых двадцать восемь пилюль. Более чем достаточно, особенно в сочетании с водкой. Я засну, соскользну под воду и не вынырну. К тому времени, когда Бенджамин и Нейт забеспокоятся и вскроют замок или выломают дверь, будет поздно. Я уже перестану дышать.
Расстегивая пуговицы и молнии, я медленно, методично снимаю с себя одежду, предмет за предметом. Я уже знаю, что чувствуешь, когда тонешь: непосильное давление в легких, ты в панике извиваешься, пытаясь вдохнуть кислород, а потом погружаешься в глубокое, тяжелое состояние покоя. Прошлый раз муки смягчил холод. Теперь вся надежда на снотворное и водку. И Ли не будет рядом, чтобы вытащить меня из воды.
Высыпав таблетки в ладонь, я замечаю, что меня бьет мелкая дрожь. Я готова. Это лучший –
И в этот момент слышу звонок в дверь.
Мне не следует отвлекаться от своего плана. Кто знает, когда еще представится возможность? Нужно проглотить таблетки, запить их водкой и лечь в ванну. Снизу до меня доносится приглушенный голос Нейта, потом голос какой-то женщины. Во мне взыграло любопытство. Нежданные гости, тем более женщины – редкость в нашем доме. Может, это Ли? Пришла, чтобы уличить меня в обмане? Или поблагодарить за спасение? Ссыпав таблетки в баночку, с крючка на двери я хватаю цветастый шелковый халат, накидываю его на себя и осторожно выхожу в коридор.
Голоса теперь слышны отчетливее. Все тот же женский голос, голос незнакомого мужчины. К ним присоединяется голос Бенджамина – гневный, воинственный.
– Это возмутительно, – ревет он. Женщина что-то тихо ему отвечает – слов не разобрать. Если это Ли, я должна ее защитить. Она не ровня разъяренному Бенджамину. Туже затянув на себе халат, босая, я сбегаю вниз по лестнице.
Я еще никого не вижу, но понимаю, что вторгшаяся женщина – это не Ли. Голос у нее спокойный, властный, слова едва слышны. Она зачитывает права. Но кому?
Я вылетаю в холл.
– Что происходит?
Но это очевидно. Моего мужа арестовывают. Дюжий полицейский в форме надевает на Бенджамина наручники, как будто он самый обычный преступник. Угроза для общества. Я чувствую, как грудь распирает от потрясения, бурной радости и надежды.
Женщина – очевидно, следователь, судя по ее деловому костюму – строгой сорочке и брюкам – подходит ко мне.
– Вы Хейзел Лаваль?
– Да.
– Следователь Френч. Мы задерживаем вашего мужа по обвинению в сговоре с целью совершения убийства.
– Убийства? – холодею я, а тонкий шелковый халат не греет: будто я нагая стою на морозе – зуб на зуб не попадает. – Кого он хотел убить? – с дрожью в голосе спрашиваю я.
Ее лицо сурово, губы сложены в тонкую линию.
– Вас.
Я отшатываюсь, пячусь, словно меня толкнули. Френч быстро подхватывает меня под локоть. Но я не падаю, каким-то образом остаюсь на ногах, хотя голова кружится от услышанной новости.
Женщина-следователь крепко держит меня за руку.
– Хотите присесть?
Я киваю. Она ведет меня в гостиную, где я опускаюсь на диван. Слышу, как в холле Бенджамин отдает распоряжение Нейту:
– Позвони Дэвиду Веге. Пусть срочно едет в отделение, куда меня повезут. – И потом обращается к полицейским: – Мы добьемся закрытия дела на первом же заседании, и вы будете выглядеть попросту жалко.
Я поворачиваюсь, наблюдая, как мужчина-полицейский выводит Бенджамина из дома. Мне с трудом верится в происходящее, будто это сон. Буквально несколько минут назад я была убеждена, что самоубийство для меня единственный способ вырваться из ненавистного брака, а теперь мой муж арестован. Во мне что-то бурлит, фонтанирует: оптимизм. Если Бенджамина упрячут за решетку, он больше не сможет издеваться надо мной. Я буду в безопасности. И свободна.
