Тонущая женщина полностью

Словно прочитав мои мысли, Бенджамин кричит мне:

– Не волнуйся, мисси! Скоро я буду дома. – Голос у него заботливый, но это предупреждение. Угроза. Я невольно содрогаюсь, что не укрывается от внимания Френч.

– Не волнуйтесь. Его не отпустят.

– Это точно? – сипло уточняю я. – Его посадят?

– Сейчас его оформят и увезут в следственный изолятор, – объясняет она. – Вероятно, уже завтра ему будет предъявлено обвинение. Он обвиняется в тяжком преступлении, и несмотря на все его обширные возможности, я удивлюсь, если его выпустят под залог.

– Вы его не знаете, – мотаю головой я. – Он влиятельный человек. С большими связями. Он – адвокат по уголовным делам! – Паника нарастает. Бенджамин планировал меня убить. Если его отпустят, он довершит начатое. У меня кружится голова. Я чувствую слабость. Тошноту.

– Вам как потерпевшей предоставят адвоката, который будет консультировать вас на протяжении всего судебного процесса, – пытается успокоить меня следователь. – Вас уведомят о его освобождении, если это случится.

Если. «Если» меня не устраивает.

– Возможно, вам также стоит нанять своего адвоката, – советует Френч тихим уверенным тоном. – Дело непростое, могут возникнуть осложнения.

Кто бы сомневался?! А мне даже не на кого опереться. У меня нет ни друзей, ни родных. Бенджамин об этом позаботился. Мой круг знакомых – это жены коллег мужа, но к ним вряд ли стоит обращаться. Не могу же я позвонить кому-то из них и сказать: «Ты слышала, что Бенджамина арестовали? Представляешь, он планировал меня убить. Не хочешь попробовать новое вино в винном баре на Пайке[9]?»

– Многим это не по карману, – добавляет Френч, обводя взглядом роскошную обстановку гостиной, – но с адвокатом гораздо сподручнее.

Следователь думает, я богата, и это объяснимо. Однако, хоть я и живу в шикарном особняке среди дорогих вещей и предметов искусства, своих денег у меня нет. Бенджамин давал мне кредитные карты, которыми я оплачивала исключительно одежду, продукты и косметику – и только. Если мне требовались наличные, я могла попросить деньги у мужа, но он не всегда удовлетворял мои просьбы. А в сейфе, что находится в его кабинете, денег почти не осталось. Я нашла код, записанный на клочке бумаги, который был спрятан за рамой картины. Ту наличность я передала Ли, которая, надеюсь, уже в Панаме.

– Так и сделаю, – говорю я, ведь должна же я как-то защитить себя. – Можете кого-нибудь порекомендовать?

– Я дам вам список адвокатов, которые занимаются подобными делами.

– Спасибо.

Она встает, внезапно принимая чопорный казенный вид.

– У нас ордер на изъятие компьютеров и смартфонов в качестве улик. Можете показать, где они находятся?

– К-конечно. – Я поднимаюсь с дивана и веду ее в кабинет мужа, но Нейт преграждает нам дорогу.

– Можно взглянуть на ордер? – спрашивает он. Нейт предан Бенджамину. И он по-прежнему при исполнении. Мы симпатизируем друг другу, но Нейт мне не союзник. Откуда мне знать, может, именно ему поручено меня убить? Впрочем, возможностей сделать это у него была масса, однако я все еще жива. Так каким образом муж планировал избавиться от меня?

Френч показывает ему ордер. Нейт внимательно изучает его и отходит в сторону: по-видимому, документ составлен по всей форме. Следователь взмахом руки подзывает двух полицейских, и я веду всех троих в святилище Бенджамина.

На столе – ноутбук, подключенный к большому монитору. Мобильный телефон мужа полиция, должно быть, изъяла у него при аресте, потому что нигде в кабинете его сотового я не вижу.

– У него есть какие-то другие устройства? – спрашивает Френч. – Айпад? Второй телефон?

– Нет. Во всяком случае, я о них не знаю.

– Ваш телефон нам тоже понадобится.

– Зачем? Ведь я – потерпевшая сторона.

– Возможно, что-то из вашей переписки с мужем мы используем в качестве улик против него.

Сообщения, что присылал мне муж, содержали, главным образом, указания: что приготовить ему на ужин, в каком наряде он хочет меня видеть, где я должна встретить его, если мы шли на какое-то мероприятие. Я почти уверена, что в моем телефоне нет ничего, порочащего меня. Джесси я никогда не писала; в этом отношении мы были осторожны. Полиция обнаружит только бессодержательную болтовню с моими светскими знакомыми. И с Ли. Наши разговоры с ней были наполнены куда более глубоким смыслом. Но в переписке касались только невинных повседневных дел. Я вспоминаю серию ее звонков в тот день, когда она посетила спа-салон, но они легко объяснимы: у подруги возникла проблема с машиной; она уже уехала.

А потом я вспоминаю свое предсмертное видео.

– Мой телефон наверху, – говорю я, чувствуя, как от паники сводит живот. – Я… я собиралась принять ванну.

– Наш сотрудник Дин проводит вас наверх. – Френч взмахом руки подзывает молодого рослого полицейского в форме. – Обещаю, мы постараемся вернуть вам ваш телефон как можно скорее.