Но я не хочу. Не хочу, чтобы Лида придумывала что-то, выкручивалась, не договаривала и уж тем более врала. Я всего этого уже наелся. Я всего лишь хочу увидеть правду. Или понять, что ночевать она так и не пришла и сделать соответствующие выводы. Зачем слова? Минута утекает за минутой, и с каждой новой цифрой на дисплее телефона надежда моя, что это какая-то дурацкая случайность и всему есть простое, удобное мне объяснение, тает.
Ну где она?!
От напряжения и горечи начинает знобить. Алкоголь, смешанный с перебором никотина в крови, вызывает тупую агрессию, которой нет выхода. Сучка… Мне не хочется в это во все верить, но есть очевидные вещи, так?!
Пятнадцать минут двенадцатого.
В пустынный двор без машин заезжает такси. Медленно крадется в мою сторону. Вцепившись в тачку взглядом, выкидываю в рядом стоящую урну недокуренную сигарету. Перестаю моргать, когда такси тормозит у подъезда Анжелики. И беззвучно матерюсь себе под нос, видя, как распахивается задняя пассажирская дверь и на улицу выходит Крылов. Мощный вброс адреналина швыряет сердце о ребра. Застываю, наблюдая, как Дима, одетый в строгий костюм, обходит машину сзади и услужливо открывает другую дверь, помогая Лиде выйти.
Я вижу, как он сжимает ее пальцы в своей руке, как она в ответ благодарно улыбается ему, смотря в глаза. Какая она красивая в струящимся по фигуре серебристом платье с закрытым горлом и практически голой спиной. И даже бежевая повязка на правой руке не портит образ. Как мягко в свете фонарей бликуют ее пшеничные волосы, волнами рассыпавшиеся по плечам. Как мерцают большие глаза.
Вижу это все, и мне блять физически больно от того, что они вместе приехали, и наверно он сейчас поднимется с ней, чтобы…
Ну а что еще?! Не чай же пить в двенадцатом часу ночи…
Неосознанно мну пачку с сигаретами в кулаке, пока смотрю, как они разговаривают у такси. Мне не слышно слов – они общаются негромко. Считываю лишь взгляды и движения. Такси так и стоит на аварийке, не уезжая.
Крылов, наклонившись к Душке, что-то говорит ей и пытается приобнять, но Лида улыбается и делает шаг в сторону подъезда. Я в этот момент резко вытягиваю шею. Сердце, бьющееся до этого болезненно и глухо, стремительно ускоряет бег. Надежда, что все не так плохо для меня, как я решил изначально, обжигает и не дает и дальше сидеть на месте. Встаю, продолжая не мигая за ними наблюдать. Ну же, пошли его…! Крылов снова подается за Душке. Но она поднимает руку и едва заметно отрицательно мотает головой. И делает еще шаг в сторону.
– Спокойной ночи, Дим. Спасибо за вечер, – говорит теперь достаточно громко, давая мне возможность услышать. Дергает бровью, стрельнув глазами в сторону машины, – Такси ждет…
– Подождёт. Я бы хотел тебя еще проводить…Вдруг в подъезде маньяки, – шутит на это Крылов, а у самого голос будто севший.
И еще шаг к ней.
– Ахах, не стОит, правда, – мягко отнекивается Лида, – я…
И, не договорив, она застывает с открытым ртом, уставившись на приближающегося меня. Я и сам не понял, как пошел к ним. Меня будто прибрежной волной подхватило и вынесло.
Торможу от Лиды в нескольких сантиметрах. Чувствую тонкий аромат цветочных духов, смешанный с запахом ее волос. Время мгновенно вязнет. Зато ускоряется пульс, ритмично бьющийся теперь во всем теле.
Где-то на периферии что-то удивленно спрашивает Крылов, но я вообще его не слышу ни хрена. Потому что я смотрю Лиде в глаза, как хотел, и меня в жар бросает от этого. А в ушах только кровь шумит.
– Привет, – хриплю тихо.
Лида медленно смыкает веки и снова смотрит в упор. Шокировано. Постепенно краснеет до самых кончиков аккуратных ушек. Вскользь бросает виноватый взгляд на Крылова и снова, задрав голову, смотрит на меня, нервно облизывая губы. Заметно часто дышит. Что, Душа моя, стыдно, что застукал, да?
Об этом мы еще поговорим…Но после того, как уведу тебя. И… Может сделаю с тобой еще что-нибудь. Раз уж ты, оказывается, уже достаточно здорова…
– П-привет…– тонко шепчет Лида.
– Макс, ты что тут делаешь? – громко вклинивается Крылов, очевидно, повторяя свой вопрос, который я сначала проигнорировал.
Перевожу на Диму взгляд. Он смотрит на меня удивленно, но, кажется, начинает, наконец понимать. Чтобы быстрее до него доходило, обнимаю Лиду за талию и притягиваю к себе. Она как кукла – не сопротивляется. Послушно льнет, потупив взгляд. Крылов крупно сглатывает.
– Я же тебя спрашивал, – с горьким упреком предъявляет мне.
– Давай потом… Тебя, кажется, такси ждет, – киваю ему на машину.
Крылов сжимает челюсти, переводит злой взгляд на Лиду.
– Спасибо за вечер, – с сарказмом.
– Пока, Дим, – Душка виновато кусает губы.
Сильнее обнимаю ее талию. Чувствую, какая горячая и напряженная. Как мелко, поверхностно дышит. Улавливаю пульс кончиками пальцев. Он частит.
Молча наблюдаем, как отъезжает такси. Жду, когда машина скроется за домом, и только тогда разворачиваю Лиду к себе. – Больше так не делай, – говорю ей.
Голос подводит – совсем глухой. Потому что продолжаю обнимать, а она такая мягкая, хрупкая и горячая, что раздражение и адреналин трансформируются совсем не в мысли.
