Сглатываю, с трудом его выдерживая. Нет, ну уже спросил. Извиняться не буду. Позориться – так до конца.
– Ты сейчас серьезно? – с робкой надеждой на то, что ей послышалось, интересуется Лида.
– М-м… Вполне…
Душка пару раз часто моргает. А затем ее розовые губы растягиваются в ироничной улыбке.
– И когда бы я успела, интересно? – фыркает. При этом пальчики рассеянно выводят узор на моей груди.
– На свидание же успела, – бормочу, ловя, как легкий чувственный озноб прокатывается по телу от того, как царапают кожу женские ногти.
– М-м-м, – тянет Душка, поглядывая на меня из-под опущенных ресниц. И шагает пальцами вниз к моему животу, – Допустим. Но… А что? Это важно? – стреляет глазами, – Ведь… Хм-м-м… Дай ка вспомнить… Как ты мне тогда на даче сказал? Ах, да! "Я тебе ничего не обещал". Ну так и я… Не обещала.
И так невинно, обворожительно улыбается, что у меня слегка челюсть отъезжает.
Вот тебе и простодушная Лидушка.
Нет, наверно капелька стервозности при рождении вшита в каждую женщину. Даже самую милую. И, если честно, не могу сказать, что мне это не нравится. Раздражает – да, но и заводит…
– Блин, просто скажи, что нет, – перехватываю ее ладошку около своего пупка и крепко сжимаю.
Лида поднимает на меня взгляд и смотрит прямо, медля.
У меня невольно пульс разгоняется, и я знаю, что она это чувствует – так близко лежит. Воздух словно уплотняется, нагреваясь. Что-то неуловимо меняется, стекая все больше и больше в чисто физические ощущения. Мы голые, горячие, вот так – вдвоём. И у Лиды взгляд становится с поволокой. Это заметно так…
– Ну конечно нет, – наконец отвечает, облизывая губы.
И я сразу тяну ее к себе поцеловать.
И не только. Кажется, самое время продолжить. Но Душка вдруг отстраняется, не даваясь.
– А у тебя? – требовательно смотрит в глаза. Бл… – После аварии нет, – отвечаю аккуратно, обходя тот момент, что у меня ночевала Малевич после нашего первого раза.
Сейчас бы я все сделал, чтобы этого не произошло. Я жалею, да.
Жалею, потому что у Лиды мгновенно улыбка слетает с губ. Она явно сразу об этом подумала. Она ведь и так знала. Но сейчас этот факт смотрится совсем уж уродливо. Силой притягиваю Душку к себе, чтобы поцеловать в мягкие губы, которые перестали улыбаться.
Уворачивается, и я, промахнувшись, прижимаюсь ртом к ее шее у самого ушка. Провожу языком. Кожа соленая от испарины и сладкая сама по себе.
Охрененный вкус. Секса… М-м-м…
Всё, мозги утекают. Подминаю ее под себя.
– И что же мешало? Почему, м? – фыркает обиженно Душка, вяло сопротивляясь.
– Ты знаешь почему, – рассеянно бормочу, целуя ее плечико и гладя впалый, мягкий живот.
В полутьме вижу тонкую полосочку светлых волос на лобке. И как Лида бедра нервно сводит вместе, прежде чем уступить.
– Ребра болели? – дрогнувшим голосом ехидничает.
– А ты злая, – отвечаю ей в тон и легонько прикусываю сосок.
Ойкает и тянет меня за волосы, заставляе посмотреть в глаза. – Тогда почему? – Ты знаешь,– снова целую в шею. – Скажи. – Нет, – фырчу на ушко. Хихикает, уворачиваясь. Улыбается. Наконец. Стискиваю всю. – Женщины любят ушами, не знал? – возмущается Душка. – Я знаю другое отличное место, которым любят женщины, – сообщаю ей в губы. Она в притворном протесте пытается меня отпихнуть. Целую все равно.
Перехватываю одной рукой ее голову, а второй крепко удерживаю бедро.
– Я хочу быть с тобой, – говорю совершенно серьезно.
Лида тут же замирает. Взгляд мечется по моему лицу и тормозит на глазах. На щеках появляется заметный даже в сумраке румянец.
– И не тайком, – уточняю глухо.
– Скажешь Яру? – сглатывает Душка.
– И даже твоему семейству, если обещаешь, что они на меня охрану не натравят, – криво улыбаюсь.
– Не шути про мою семью так! – тут же хихикает Лида.
– Если бы я шутил, – бормочу себе под нос обреченно, – Ты будешь со мной? – снова ловлю Лидин взгляд.
Она медленно согласно смыкает веки. Губы дрожат в улыбке – такой нежной, трепетной, что у меня внутри екает. Красивая…милая…Девочка сладкая моя. Целую эту улыбку ее. Вкусная.
Пальчики зарываются в мои волосы, теплый выдох-стон в рот. Закидывает ногу мне на бедро, трется горячей промежностью. Чувствую, что влажная. Улавливаю женский запах, в голове все плотнее знойный туман. Медленно веду рукой по ее боку, глажу. Не хочу теперь торопиться. Пошлостей всяких хочу. Ее попробовать между ног. И пусть она…
Мой телефон на тумбочке резко оживает. Раздражает навязчивой мелодией. Бесит! Не хочу даже смотреть, кто там звонит в такое время, но Лида отвлекается. И я, хмурясь, протягиваю руку за гаджетом, намереваясь сбросить.
Мельком смотрю на экран. И чувствую, как у меня лицо непроизвольно застывает, а по позвоночнику тянет неприятным холодком.
Это потому, что взгляд Лиды тоже падает на дисплей, на котором светится "Люба 2".
Бл… Я и забыл про ее второй номер – она им уже год как не пользовалась при мне. Идиот! Скидываю.
