Главной проблемой был силовой щит. Смогут ли шаттлы пройти сквозь него? Однако Ломов решил эту проблему просто, как и положено настоящему десантнику. Он приказал открыть огонь из орудий десантного бота (не зря техники эскадры "Арго" трудились над модернизацией шаттлов) и они смогли пробить брешь. Не очень большую, но достаточную для прохода наших судов.
Сначала проскочил мой шаттл, а следом второй. От соприкосновения с краями силового поля суденышки вздрогнули, обшивка треснула и началась утечка воздуха. Да только это уже никого не волновало. Пилоты шаттлов подвели нас вплотную к эсминцу, притерлись к борту и сработали магнитные липучки.
- Клац! - десантный бот вздрогнул и замер.
После этого за дело взялись абордажиры, которым не требовались дополнительные указания. Включился плазменный резак, и они вместе с мехстрелками сосредоточились возле переходной камеры. Еще несколько секунд и мы войдем внутрь, будет бой и от его исхода зависит сколько мы проживем. Ничего сложного. Либо мы, либо враги. И пока резак делал в борту вражеского корабля дыру, через внешний динамик я обратился к тем, кто рядом:
- Слушаем меня! Сейчас мы захватим эсминец тофферов! Наша абордажная партия круче и лучше подготовлена! Задача для остальных - не мешать десантникам, держаться в тылу и занимать боевые посты корабля! Я не уверен, что тофферы не откроют огонь по своим, когда узнают, что эсминец под нашим контролем! Но мы должны цепляться за малейшую возможность выжить! Надо продержаться немного, всего тридцать минут, и подойдет помощь! Вопросы!?
"Аргонавты" промолчали. Несмотря на подготовку и опыт, люди находились в шоке. Поэтому в данный момент они просто выполняли приказы командира, который был уверен в себе, не показывал слабость и знал, что нужно делать. Пока этого было достаточно.
- Броню вскрыли! - в наушнике прозвучал доклад Ломова. - Есть огневой контакт! Входим!
Первыми на борт вражеского эсминца проникли мехстрелки и два были уничтожены сразу. Звуки выстрелов и взрывы. Тофферы сопротивлялись и стягивали к пробоине резервы, но наши абордажиры, в отличие от противника, о сохранности чужого корабля не думали. Против нас автоматы и пистолеты экипажа, а десантура применяла гранатометы и пулеметы. Не свое - не жалко. И благодаря этому мы смогли быстро закрепиться в одном из кормовых отсеков. А следом на корабль вошли десантники второго шаттла.
- Бриан, - я обернулся к нашему медику и хакеру.
- Слушаю, - отозвался он.
- Береги Барбару. Мне нужно добраться до постов управления эсминцем.
- Понял, командир, - он кивнул.
Я посмотрел на жену и прикоснулся к ее шлему:
- Ничего не бойся. Мы обязательно уцелеем. Ты мне веришь?
- Верю, - сказала она и, освобождая мне дорогу, отступила в сторону.
Выхватив из бортовой стойки "марлин", я передернул затвор, закинул на плечо подсумок с гранатами и рванулся следом за ребятами Ломова.
Коридор. Он заполнен дымом и на палубе трупы, тофферы из экипажа, в масках и бронежилетах, из вооружения только пистолеты. Это "мясо", которое приняло первый удар и полегло.
Дальше. Выбитая клинкетная дверь и в проеме еще один труп. Это уже вражеский абордажир. Развороченный пулями бронескаф и в руках рейлган. Видимо, именно он подбил наших мехстрелков и не успел отступить.
Следующий коридор. И снова трупы. Два наших и пять вражеских. Здесь бойцы Ломова схлестнулись с противником в лоб, и дошло до рукопашной. У одного тоффера испачканный кровью острейший бебут из калерийской стали, если судить по синеватому оттенку и оттиску возле гарды в виде рун. А рядом с ним мертвый Петя Ревякин, десантник из второго отделения, и он сжимал штурмовой нож.
Поворот. Слева силуэты. Два человека. Скафандры не наши. Из кубрика выглядывают. Меня пока не заметили. И это просто отлично.
Очередь от бедра. Осколки шлемов разлетелись по переборкам, а тела свалились внутрь кубрика. Что там - потом разберемся. Из сумки гранату. Чеку долой. Раз-два. И круглая "РГН-бис" ушла вслед за трупами.
Прижался к переборке. Глухой взрыв! Тишина.
Рядом оказалась пара наших бойцов. Судя по эмблемам и номерам на скафандрах, из боцманской команды, и я кивнул на кубрик:
- Проверить!
Матросы остались, а я продолжил движение.
Пара поворотов и просторный отсек. Наверное, дополнительное грузовое помещение. "Аргонавты" в другом конце отсека, возле запертого люка, пристраивали к нему вышибной заряд, и Ломов заорал:
- Бойся! Подрыв!
Люди и мехстрелки отскочили от люка, и присели в углах. Я поступил так же и командир абордажиров ударил по кнопке подрывной машинки.
Взрыв! По отсеку прокатилась ударная волна, и я едва не упал. Однако удержался, встал и когда подскочил к люку, то обнаружил, что его вынесло в следующий коридор. Хорошая работа. Одним махом проход пробили и вражеских бойцов, которые ожидали нас с той стороны, свалили.
"Хорошо бы и дальше так продвигаться", - промелькнула мысль, и вместе с десантниками я направился к ходовому мостику эсминца.
