Нейрофизиология центрального торможения. Центральное торможение открыто И. М. Сеченовым (1829–1905, русский физиолог и психофизиолог). Как известно, в 2012 году исполнилось 150 лет со времени открытия И. М. Сеченовым (1862) явления центрального торможения. Это открытие оказало огромное влияние на развитие новых направлений в нейрофизиологии и в психологии. Историк психологии О. Флюгель, отмечая влияние Сеченовских идей на изучение поведения, писал о том, что понятие контроля, или торможения с того времени приобретало все возрастающее значение. И у таких авторов, как Ч. Шеррингтон, У. Мак-Дугалл, Г. Хед и 3. Фрейд, оно стало вскоре одним из наиболее существенных элементов во всей современной (научной) картине сознания. В специальной монографии «Торможение» присланной М. Г. Ярошевскому в 1992 г. ее автором, английским психологом Р. Смитом, прослежено, сколь продуктивно сказалось введенное И.М. Сеченовым понятие о торможении на различных направлениях исследований саморегуляции поведения в мировой науке. Отмечается, в частности, что А. Розенблют, опубликовавший в 1943 г. (совместно с Н. Винером) статью, оповестившую об основных идеях кибернетики, впервые изложил этот замысел на симпозиуме по проблеме торможения (Ярошевский,1994).
В свое время в неопубликованной работе «Проект научной психологии» (1893 г.) З. Фрейд попытался представить нейронные механизмы поведения. Среди нескольких категорий нейронов в этой схеме выделялись нейроны, «заряженные» на торможение. Благодаря им ставился барьер «первичным процессам», которые без такого барьера беспрепятственно овладевали бы поведением. По мнению З. Фрейда, торможение человеку необходимо для ограничения своего Эго. (цит. По Петровская и Ярошевский, 1998).
Особенность открытия И. М. Сеченова заключается в том, что в его эксперименте было показано задерживание «невольного движения» – выдергивания лапок лягушки из слабого раствора кислоты вследствие наложения на разрез мозга на уровне таламуса кристаллика соли, т. е. вследствие активации высших отделов мозга. И. М. Сеченов и позднее А. В. Тонких в лаборатории Л. А Орбели показали, что в реализации этого торможения наряду с внутрицентральным взаимодействием принимают участие ганглии симпатической нервной системы (Орбели, 1955).
Позднее подобный пример центрального торможения был обнаружен Н. Е. Введенским на примере реципрокного торможения мышц сгибателей и разгибателей при стимуляции двигательной области новой коры (Введенский, 1897).
Необходимо сказать, что существенный вклад в изучение проблемы центрального торможения еще до работ Сеченова сделал наш соотечественник Н. И. Пирогов (1810–1881). Заслуга Н. И. Пирогова велика в разработке вопросов обезболивания. В 1847 году, меньше чем через год после открытия эфирного наркоза американским врачом У. Мортоном, Пирогов опубликовал исключительное по своей важности экспериментальное исследование, посвященное изучению влияния эфира на животный организм («Анатомические и физиологические исследования об этеризации»). Наряду с русским физиологом А. М. Филомафитским (1807–1849 гг.), им были предприняты первые попытки объяснить сущность наркоза. Он указывал, что наркотическое вещество оказывает действие на ЦНС, независимо от способа его введения. И впоследствии широко применял эфир, проводя операции в войне 1855 года. Нейрофизиологическое обеспечение наркотического влияния на ЦНС многообразно. Этот вид торможения возникает без предварительного обучения. Следует отметить, что анестетики вызывают наркотическое состояние, наряду с другими возможными влияниями, усиливая действие ГАМК ергической нейромедиаторной системы.
Николай Евгеньевич Введенский (1852–1922 гг.), изучая взаимодействие двух состояний: влияние патологического очага возбуждения на передачу потенциалов действия по нервному волокну, установил динамику переходов его состояния от нормы к уравнительной фазе (при которой наблюдаются одинаковые ответы и на слабый и на сильный стимул), далее к парадоксальной фазе (ответы на слабый стимул сильнее, чем на сильный) и к ультрапарадоксальной (на слабый стимул ответы есть, на сильный – нет). Самое любопытное, что такие же фазы наблюдали позднее сотрудники И. П. Павлова в работе головного мозга при переходе целостного животного ко сну (см. Майоров,1954, с. 363, Гипнотические фазы), т. е, согласно современным данным, при относительном усилении в ЦНС гиперполяризационного ГАМК-ергического торможения. Гипнотические фазы наблюдались и при возникновении у животных «трудного состояния», например при быстром переходе от возбуждения к торможению поведения и обратно. Какова конкретная динамика нейрофизиологических процессов, определяющих динамику гипнотических фаз в деталях еще неизвестно. Так что приложение идей Н. Е. Введенского к пониманию работы целостного мозга еще впереди.