— Если ты — героиня нашей истории, то кому в конце достанется девушка?
Грэйс зыркнула на него:
— Даже не намекай на это. Если кто и поцелует эту шмару, так это я.
— Э?
— И это не будет приятным, дорогой. Ты ещё не видел, какие у меня зубы, — заверила она его.
Грэм не мог понять смысл этой ремарки, но решил не развивать эту тему. Снова поднявшись на ноги, он начал идти.
— Ты куда?
— Пока никуда. Нам надо осмотреть то, что осталось, и посмотреть, можно ли чем-то воспользоваться, — объяснил он.
Она следовала за ним, пока он осторожно ходил вокруг обгорелой оболочки, оставшейся от коттеджа Иллэниэлов. С каждым шагом он стонал от боли, наполнявшей каждую его мышцу, но отказывался останавливаться. К тому времени как наступила ночь, он смирился с тем фактом, что они почти ничем не могли воспользоваться. Если в руинах и осталось что-то полезное, оно было слишком горячим, чтобы забрать. Угли от сожжённого дома скорее всего будут горячими ещё не один день.
— Ну, есть и хорошая сторона, — сказал ей Грэм.
— Например?
— Не придётся волноваться о разжигании костра этой ночью.
Грэйс тихо посмеялась, но его утверждение было практичным. Даже весной горный воздух с ходом ночи становился опасно морозным. Они легко могли поддерживать в себе тепло, оставаясь рядом с разрушенным домом.
— Эта теплота может позволить нам протянуть несколько ночей, — подала она мысль.
— Завтра вечером нас тут не будет, — сказал Грэм.
— Думаю, что тебе следует отдохнуть, прежде чем попытаться добраться до дома, — сказала медведица.
— Я не иду домой.
Грэйс ткнула его ногу, хотя это и почти не оказало никакого эффекта. Лишь подчеркнуло её гнев.
— Идиот! Ты же полумёртвый. Тебе повезёт, если ты выживешь по дороге обратно в долину, без еды и надлежащей одежды, а ты собрался погнаться за ними?
Он пожал плечами.
— Они опережают тебя минимум на полдня, а к утру — на целый день. Наверное, у них есть лошади, союзники и припасы… и кто знает, что ещё?! И ты думаешь, что можешь погнаться за ними по горам? Как ты их вообще найдёшь, не говоря уже о том, чтобы догнать их?!
Он кивал, соглашаясь с её доводами.
— Это так, в некоторой степени, но я их найду. Скалистая местность не идеальна, но их минимум трое, если считать Айрин. Как ты сказала, там их наверняка ждут ещё люди, с лошадьми или мулами, чтобы нести их припасы, и это позволит мне проще их выследить.
— О, так ты у нас теперь следопыт?!
— А чем я, по-твоему, занимаюсь по утрам с Мастером Грэйсоном?
— Бухаешь и бездельничаешь в лесах, судя по этому пьянице, — проворчала она.
Грэм вздохнул:
— Нет. Он — лучший следопыт и лучший лучник во всём Уошбруке.
— А как ты выживешь? У тебя нет еды, нет припасов, даже плаща нет!
— У меня есть ты.
— И что же ты будешь есть?
Грэм улыбнулся:
— Мёд. Мед ведь со мной, — сказал он, указывая на неё.
Грэйс застонала в ответ на его игру слов:
— Ты даже комичным персонажем быть не годишься.
Несмотря на лёгкое тепло, шедшее от разрушенного дома, спал Грэм с трудом. Последствия отравления заставили его тело болеть в местах, о наличии мышц в которых он даже не подозревал. Вызванная ядом кататония заставила все его мышцы перейти в состояние максимальной напряжённости, пока эффект не прошёл. Это было похоже на боль, следовавшую за перенапряжением и экстремальными упражнениями, вот только включала она в себя практически все его мышцы.
Утро застало его голодным и измождённым.
— Ты уверен в своём решении? — спросила Грэйс.
Глубоко в душе он хотел сдаться. Грэм знал, что она была права. Попытка преследовать похитителей в его нынешнем состоянии, без еды, припасов или подходящей одежды, была бесполезной затеей. Тем не менее, что-то внутри не давало ему так поступить.
— Это — мой единственный вариант.
— Нет, — возразила она. — Мы уже говорили об этом вчера — у тебя есть минимум один другой истинно разумный вариант…
— Для меня это — единственный вариант, — подчеркнул он, а затем пошёл прочь. Грэйс пошла следом. — Хочешь, я тебя понесу? — спросил он.
Она засмеялась:
— Ты сам едва способен идти.
— Ты мало весишь.
— Я подожду, пока тебе не станет лучше. Я могу поддерживать любой темп, на который ты сейчас способен.
Он не мог не согласиться с этим. Грэм подумал было упомянуть о том факте, что она испачкается, но простой взгляд напомнил ему, что она уже была настолько грязной, насколько вообще могла быть грязной медведица из тряпок. Вместо этого он перевёл внимание на окружавший их ландшафт.
Он заметил, в каком направлении они ушли в прошлый день, пока оглядывался вокруг. Конечно, оттуда мало куда можно было податься. Единственным вариантом было спускаться по склону. Дом располагался на северной стороне горы, как раз в пределах верхней границы произрастания лесов. Склон был лесистым, с изредка встречающимися лугами и открытыми пространствами.
