Зарядка – общий привет всему организму. Растянул и потряс костями, похрустел спиной. В зеркале сразу новый человек, а по внутренним ощущениям старый запыхался и присел перекурить на бордюр. Но сделал это за подъездом, чтобы его не было видно Аполлону утренней разминки.
Завтракаю один. Сижу спиной к окну и доедаю холодный омлет. Кажется, что в одиночестве кухня выглядит иначе. На всём следы масла, будто со шланга обрызгали. На мебели частичные сколы, хотя откуда им взяться на том, что всю жизнь стоит на одном месте? Кто дерется с мебелью пока мы спим?
Холодильник, как братская могила для магнитов, что всю жизнь будут напоминать о том, что когда-то было, но уже не повторится. Вообще, что за мода на магниты? Мне кажется такая же, как и на фотоальбомы. Запихнуть как можно больше всего, написать в каком году это случилось и поставить галочку, мол, год не просран, а документально запечатлен. У стены уставший стол, на нем кашляющий чайник, что нужно выключать самостоятельно и две солонки, что достались по наследству и выглядят, как два бессмертных воина в борьбе соли и перца. На столе обязательно лежит еще какой-то бесполезный мусор, а над ним круглые настенные часы – классика постсоветского дебилизма. Как будто были какие-то негласные соревнования, и каждая семья бессознательно старалась победить при выборе очередных аляпистых часов.
Интересно, Бог именно это задумывал, когда нас создавал или был какой-то другой план, но мы его успешно сожгли на первом костре? Все вещи что нас окружают, они вообще полезные или без них можно обойтись? Люблю такие вопросы, над которыми можно подумать в тишине, представляя, что будет, если…
Вот, что будет, если убрать обои из квартир? Останется голая отштукатуренная стена, но с такими же пятнами от жира и масла по всем углам. Ощущение, будто у масла есть пулемет, из которого оно по ночам обстреливает кухню. Или стены были бы зеленого цвета, как в подъезде. Тогда можно и подъезд называть комнатой, только общего пользования и спать там можно, только все пялиться будут. Неприятно. В общем такие вопросы – часть моего утреннего ритуала.
За стеной булькает телевизор, пока я булькаю в раковине. Чайник тоже булькает, но ему нужно помочь выключиться.
– Кать, где новые губки?
– Там же, где и всегда.
– А может ты мне координаты скажешь или геолокацию отправишь, чтобы я не заблудился в поисках?
– Под раковиной, Леша. Под раковиной.
– Спасибо. Спа – си – бо!
Среди туч проглянуло солнце и небольшим лучом проникло в десяток квартир высотки. Дождь не прекратился и за горизонтом поднялась радуга в четыре ярких полосы. Из окна это выглядело также, как смотреть на картинку через монитор. Как, если хочешь кого-то обмануть и фотографируешь море, сидя на продавленном кресле у монитора, прежде чем откроешь браузер и наберешь слово из пяти букв, начинающееся на «П». В мире кредиток и визиток, никогда не хватает времени на себя. Если успеваешь за кем-то, то считай, что рабочий день удался, если успеваешь за несколькими, то считай, что преуспел на учебе. А, если тебе удается и, то и другое, то значит ложишься рано и встаешь раньше всех, но все равно времени на себя не оставляешь. Безделье, пьянство, наркомания – тоже труд, наравне с остальными, но делается исключительно для себя, поэтому не имеет оплаты в денежном эквиваленте. Всё, что для себя – без оплаты, для других – с оплатой, но это всё отнимает время, которое у всех одинаковое.
На рабочем столе всегда порядок, не то, что в мыслях. Чувства тоже стали мешаниной, но с ними хотя бы не стараюсь бороться. Возможно сегодня этот белый лист документа я замараю парой предложений, которые мне понравятся. Живой истории не выходит, но возможно, как беллетрист я смогу что-то придумать, приврать. Не назову совсем враньем то, что я делаю, ведь сочинительство не собирательный образ фактов, а лишь часть фактов на бобину вымысла. Берешь удочку, катушка – вымысел писателя, крючок – факты из жизни, червяк – немного правды и закидываешь в океан с маленькой рыболовецкой шхуны. А дальше ждешь, когда нужно будет вовремя подсечь и вытащить свой неизбитый и оригинальный сюжет, который станет твоей отправной точкой в несколько месяцев бессонной разделки бестселлерового тунца.
Вспоминаю строчки из стихотворения:
В этом городе нету бокалов,
Каждый пьет из разбитой души.
Каждый пятый не знавший обмана,
В совершенстве обучен во лжи.
В чистом блокноте ни одной записи. Страницы пахнут, как новая книга. Щелкаю ручкой в воздухе. Затем снова и снова. Пытаюсь разрезать пустоту тонким лезвием с чернилами. Прорезать путь. Хотя на деле выглядит, как судорога большого пальца.
– А ты можешь перестать щелкать?
– Могу, но не хочу.
– Твоё щелканье действует мне на нервы. По мозгам мне стреляешь.
– Это же не пистолет, чтобы стрелять по мозгам, а обычная ручка.
– Я прошу тебя прекратить. Ты не видишь, что я занята и пытаюсь закончить работу, которую мне нужно сегодня вечером уже сдать.