Если задерживаешься на одном месте больше двух дней, то становишься постояльцем. Восторг первых дней испаряется, ты начинаешь замечать изъяны, которые раньше оставались не в фокусе. Воодушевление смягчало тональность красок на привычные твоему глазу, но, как только ты задерживаешься дольше положенного, мозг отключает эту энергозатратную функцию. Так, из сказочного места, возвращаешься в угрюмую реальность, где люди не совсем уж и улыбчивые, а архитектура не такая уж и особенная.
Хочется видеть то, что представляешь, опуская на город ширму Потемкинских деревень. Да, несомненно, всё сразу становится живым и красивым, но стоит отодвинуть фотоколлаж жизни, а там ничего. Нельзя надеется на лучшее, пересекая чьи-то очерченные границы реального. Голодные волки есть одинаково и в лесу, и в зоопарке, только одних ты кормишь с руки, а другие отгрызут тебе руку.
Я с каждым новым днем не удивляюсь пасмурной погоде. Циклон завис над Коломной, как пригвождённый невидимым штырем. Чем сильнее натяжение и боль в голове, тем громче рыдают облака. Обычно солнце в этом время уже зевает в окна, но сегодня оно мирно спит где-то на уровне второго светлого неба. А занавески, как ни открывай лишь добавляют тени в комнату, сливаясь с тусклым свечением пыльной лампы.
В коридоре послышались шаркающие шаги. Так, словно кто-то умышленно привлекал внимание или решил, что находится совершенно один в гостинице. Такие противные звуки, скребущие по нервам соседей. Я быстро умылся и вышел. На площадке перед фикусами стояла дама преклонных лет. Она нагнулась, подняла цветок одной рукой, придерживая себя другой за поясницу. Такая женщина обычно бывает соседкой по лестничной клетке, которая и зимой, и летом ходит в пуховике, водит за собой сумку на колесиках, а в первые солнечные дни весны увозит гектары рассады из дома куда-то в дачные дебри. И эта видно была не исключением, странно только, что она заселилась в гостиницу. Когда женщина развернулась с цветком в руке, то обдала Лешу холодным пронизывающим взглядом, оценивая ситуацию и надобность давать какие-то комментарии.
– Ну и правила тут! – она нахмурила брови. – Не все умеют обращаться с цветами, да к тому же такие проходимцы, – она неучтиво адресовала это Леше, – и наверняка почти треть горшков остаются пустыми. Живому не прорасти в этой баночке. Лишь временное пристанище. Как человеку, что свой временный инкубатор называет квартирой, а в большинстве случаев «домом». Но, как же домом может быть то, что остывает, когда тебя там нет? Ни очага, ни берегущих реликвий, всё похоже на этот пластиковый горшок. Заселяемся, чтобы не прорасти.
Я смотрел на нее с неподдельным интересом и не мог разобрать всю словесную тарабарщину. Но то, что это было упреком сомневаться не приходилось. Её надменный тон и странное рассуждение. Весь свой монолог она шаркала в мою сторону и не затыкалась ни на секунду. Хотела высказать мне всё свое недовольство и оставить после себя послевкусие. Это ведь единственная радость, что еще осталось в ее жизни – трепать нервы. Неважно кому и при каких условиях, главное выполнить задание. В старческом командном пункте черепной коробки, генерал Маразм не приемлет дезертиров и оспаривающих решения.
– И я совершенно не понимаю, почему цветок нужно брать самой? – поравнявшись глаза в глаза она почти крикнула. – Такие вещи должны сразу находиться в комнате с леечкой для полива. Но тут заставили меня самой всё взять, да еще и придумать, как его поливать. А ведь вода из крана не подходит для такой почвы. – Женщина прошаркала к своей двери и продолжила говорить не оборачиваясь. – Вот они бедные и загибаются. Молодые не знают этого и заливают его пока корни не захлебнуться. Всему их нужно учить, но они слушать не хотят, а понимать тем более. Будто мне в этой жизни больше всех надо?! Я своё отжила и рада, чему смогла научилась, а что не успела, то и к лучшему, останется другим. Но ведь другие уже этого не хотят, у них другие мечты. Сложные дети растут, да и кто из них вырастет? Может хоть после моей смерти Томка с Колей помирятся. Главное, чтобы памятник не из белого мрамора. – Продолжала она уже закрывая дверь, но снизив планку громкости.
Вот тебе и новый гость. Я всего, конечно, ожидал, но не чокнутой бабки, которая мало того, что не знает, что такое молчание, так еще и поносит всё на чем свет стоит. Да, хороша компания собирается. Парнишка, что избегает со мной встречи, шаркающий маразм и я, будь я не ладен со своим любопытством. Лучше бы хорошенькая девушка заселилась с большими выразительными «глазами» или же мужчина поразговорчивее, а тут тишина несколько дней и сразу старушка. Мне кажется, они, как сорняки вырастают на таких местах! Если долго никого нет, то раз и старушка появляется. Прям, как в многоэтажной свечке, когда долго не видел соседей, а потом «бац» и старушка твоя соседка. А происходит это в момент, когда на одну единицу громче сделал звук.