Марина говорила загадками, но сил от неё сбежать я уже не нашёл. Соглашаться тоже не стал, но она не спрашивая взяла под руку. Казалось, что мысли подслушивает. Так мы прошли по узкой прогулочной тропе на туристический проспект Лажечникова. Рядом с нами высилась, как скала, церковь. Золотые маковки устремились в небо, но не касались его. Грозовые тучи рвались только о шпиль башни, а кресты обходили стороной. Может, дело в вере, а может, погода не различает человеческой суеты и признает только силу. Рядом была единственная свободная лавочка. Я немного перевел дыхание и успокоился, а Марина молча ждала, когда буду готов к разговору. Таблетки я собой не взял, но небольшая горсть могла бы избавить от очередного приступа боли.
– Ты, вероятно, думаешь, что всё это игра? – Марина берет инициативу в словесном танце на себя. – Будто все тут настолько сумасшедшие, что говорят, думают и делают крайне странные вещи. Я думаю, что про неоконченные дела ты уже неоднократно слышал, ровно, как и про то, что после этого люди внезапно исчезают.
– Ты что-то об этом знаешь? – почти невнятно произнес я и откинулся на спинку. Боль должна утихнуть, стоит лишь немного подождать.
– Скажем так – это мой город. И я знаю всё, что здесь происходит!
– Нельзя владеть городом, если ты всего лишь легенда. – Я попытался сбить с неё спесь, но её это лишь позабавило.
– Ты прав! Но зловещая легенда я лишь для живых людей. А «здесь», – она обвела руками, – я вполне реальная.
– Что значит для живых людей?
– Для тех, кто не пробудился. Всё очевидно! Или, твой Проводник тебя еще не нашел, раз такие вопросы ты задаешь мне? – Марина подмигнула, будто что-то зная.
– Кто такие эти Проводники? Я только и слышу, что они указывают путь и помогают. А по мне так это какие-то жулики, которые задурили голову бедным людям и ведут их непонятно куда. Если, конечно, в их планах предусмотрено доводить куда-то, не бросая на пол пути.
– О, нет. Ты совсем не о тех проводниках думаешь. Всё-таки надуманное разнится с действительной ситуацией. Проводники не могут быть жуликами или обманщиками, как ты их представляешь, они лишь средство достижения куда более серьезной цели.
– И кто же они тогда такие?
– Они не люди. Это всё, что ты пока должен знать, а остальную информацию получишь, когда придёт время.
– Знаешь, что я думаю? – Я оскалился и схватился за рейку лавочки для придания себе силы. – Что это херь собачья! Никого нет и твоя история тоже хрень собачья. Может здесь что-то и происходит, но это далеко от той истории, что ты пытаешься навязать. У людей тут странная шизофрения, которая передается каким-то путем, но это глубоко не моё дело куда они исчезают или, что говорят. – Я был резок, но понимал, что, если она от меня не отвяжется, то грубостью не закончится. И хоть я частично сомневался в том, что говорю, мой голос был непреклонен, впервые в жизни. – Главное, что я не хочу в это ввязываться. Посмотреть со стороны – да. Быть участником и словить себя на мысли, что шизофреник – нет. Эта история закончится, как только уеду из города. А желание его покинуть сегодня возросло многократно!
– Я так и думала, что разговора не выйдет. – Марина после всех моих слов только многозначительно улыбнулась без доли возмущения.
Ситуация напоминала отрывок из фильма. Случайный прохожий, что знает и понимает происходящее в странном городке, внезапно подходит к главному герою и начинает раздавать советы. Он ищет какого-то отклика в главном герое, но тот лишь учтиво кивает, потому что думает, что прохожий сумасшедший. Весь город для него типичный и никаких странностей он сначала не замечает. А затем закручивается череда событий, он пытается разобраться во всем сам. Но в самом конце, когда погибают все, чьи смерти можно было предотвратить, он вспоминает того сумасшедшего. Теперь герой понимает, что, если бы перестал вести себя эгоистично по отношению к другим людям, то смог бы всё понять с самого начала. Но сумасшедший уже мертв. И главный герой, если чудом остается в живых, переезжает в новый городок и становится тем самым сумасшедшим, который понимает, что происходит, но уже не в силах достучаться до следующего героя. Та-дам! Продолжение не следует, ведь всё ясно и так.