Тот, кто утопил мир полностью

Сюй Да, сложив руки за спиной, являл толпе образец командирского спокойствия. На палубу вынесли ведро с водой. Чжу подумала, что только ей заметен его ужас под безмятежной маской. Ему, наверное, было даже страшней, чем воинам. Они этот кошмар представляли, а он — помнил. Но пошел на риск снова, добровольно, ради нее. Она подумала, не отменить ли демонстрацию. Поберечь Сюй Да. Однако подход правильный, и, значит, отступать нельзя. Армия, которая пойдет навстречу страху и боли по собственной воле, доверившись командиру, куда лучше армии, которую силком пригнали на поле боя.

— Сделай все правильно, младший брат. Ты, конечно, не так хорош собой, как тот евнух, но мне выбирать не приходится, — вполголоса сказал ей Сюй Да так, чтобы другие не услышали. Он слабо улыбнулся Чжу, и она вспомнила его слова, сказанные давным-давно, в Цзинине, перед сражением с Оюаном: «Я прожил десять тысяч лет, прежде чем воплотился здесь, рядом с тобой. Верь мне — я сильный».

Чжу подавила сомнения. Если он стал сильным ради нее, значит, и она будет сильной. Позволит ему рискнуть.

Он встал на колени со словами:

— Генерал следует приказам Сияющего Короля до самой смерти!

Никому не пришлось держать голову Сюй Да под водой. По толпе воинов прошел шепот благоговейного ужаса — они понимали, сколько воли и храбрости требуется, чтобы сознательно, против всех природных инстинктов, вдохнуть воду. Легкие Чжу словно сжались. Как будто это она дышит водой вместо воздуха. Это равносильно смерти. Топиться мучительно, Чжу не сомневалась. Но хотя бы недолго.

Их спектакль захватил воинов. Теперь ее очередь. Она четко сознавала: стоит промедлить секунду, и всему конец. Чжу холодно сказала Юйчуню, который, несмотря на приказ, не смог изобразить невозмутимое лицо:

— Вытаскивай его.

Ей было невыносимо видеть Сюй Да мертвым. Но ведь тогда он не умер, яростно подумала она. И сейчас не умрет.

Чжу прижалась губами к губам Сюй Да и вдохнула в него свою ци. Мысленно она видела, как сливаются потоки энергий. Подходящая метафора их братства. Не кровь у них была общая, а жизнь. Чжу чувствовала, что он жив, хотя лицо его было синеватым и ледяным. Дух Сюй Да плавал у самой поверхности, тянул к ней руку издалека. Но, к беспокойству, а затем и ужасу Чжу, Сюй Да не приходил в себя. От усталости у нее заныли легкие. Сколько времени понадобилось Оюану, чтобы вернуть Сюй Да к жизни? Ведь меньше же. Губы друга потеплели, но у Чжу возникло ужасное подозрение, что это тепло ее собственного тела. Его ци бледнела, ускользала. Все смотрят, а у Чжу ничего не выходит! Она вдувала ему в легкие воздух, пока голова не закружилась. Мысль осталась ровно одна: У меня получится, потому что должно, потому что я никогда не проиграю.

Потом он слегка шевельнулся под ее руками и губами, еле заметно. Это дух вернулся в тело, энергия слилась с плотью. Чжу догадалась зажечь Мандат, как только Сюй Да сделал первый вдох и вернулся к жизни. Голоса воинов, окруживших их, слились в ликующий рев: они наблюдали чудо.

Сюй Да отчаянно закашлялся, свернувшись клубком на палубе. Она хотела дать ему отдышаться, но надо было продолжать спектакль: Смотрите, он цел. Все взгляды были прикованы к ним. Чжу не могла взять на себя его боль и страх. Она сделала то, что было в ее силах: помогла Сюй Да встать на ноги. Дрожа, он навалился на нее всем весом. Для недавнего утопленника он был на удивление… сухой.

Сюй Да знал, что от него требуется. Чжу обнимала его — и только поэтому заметила, каких усилий ему стоило крикнуть толпе воинов:

— Хватит вам смелости доказать Сияющему Королю свою верность?

В ответ раздались согласные крики. И только когда воины начали расходиться, он дал слабину и качнулся в ее объятиях. Чжу пошатнулась под его весом, и оба опустились на палубу. Сюй Да долго кашлял, а потом наконец выдавил:

— При всем уважении, техника у тебя хромает. Было еще хуже, чем в прошлый раз.

Чжу сжала руку Сюй Да. Та отчаянно дрожала, но он вернулся к ней, живой! Ради нее он прошел через неизвестность смерти. Она сделает так, чтобы все было не зря.

Чжу сказала:

— А теперь, генерал, повторите на бис — ради меня.

Флагманский корабль Чжу скользил навстречу призрачной баррикаде. Сама она стояла на носу. Пиратки выстроились за ней, словно она — Гуань Инь, отбрасывающая многорукую тень. От того, как она проведет корабль между голодных духов, зависели жизни этих женщин и, главное, ее собственная победа. Если она напортачит и погибнет слишком много народу, корабли без экипажа потеряют управление. Она не сможет вернуть к жизни своих воинов. Тогда точно наступит конец.