Мы подождем, мой сын, а ты свой гнев умерь.Я к матери твоей не зря пришел, поверь —Приказ владычицы мне передать ей надо.<p><strong>ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ</strong></p>
Матфан, Навал.
Навал.
Спесь от родителей перенимают чада.Но прислан ты зачем царицею сюда?Ей нерешительность досель была чужда.Зловещее дитя во сне ее смутило,Речь Иодая в гнев смятенье превратила,И дерзкого она решила усмирить,А в здешний храм тебя с Ваалом водворить.Уже про это мне поведал ты, счастливый,И я надеялся на долю от поживы,Но Гофолия вновь заколебалась вдруг.
Матфан.
Я третий день ее не узнаю, мой друг.Она теперь не та владычица былая,Что, слабость женскую рассудком подавляя,Умела в нужный час опередить врагаИ знала, как в борьбе минута дорога.Сломили волю в ней пустые угрызенья.Решимость прежнюю свели на нет сомненья,И — снова женщина — она лишилась сил.Однако горечи я в сердце ей подлил.И, рвенью моему доверившись всецело,Мне воинов ее поднять она велела.Но то ли сирота, что к ней был приведен,Хотя, как говорят, подкидыш он с пелен,Рассеял ужас, сном навеянный царице;То ль ухитрился к ней он ловко подольститься, —Не знаю. Ясно лишь, что гнев ее угасИ мщенье отложить угодно ей сейчас.Она сама с собой в противоречье впала.Я к ней: "Род отрока, как мне известно стало,Возводит Иодай к низвергнутым царям.Дитя он лицезреть дает идущим в храмИ силится вторым представить Моисеем,Внушая помыслы мятежные евреям".Покрылся краской лик от этих слов у ней.Вовек ничей обман не действовал быстрей."Мне ль неизвестностью, — рекла она, — терзаться?Сомненья слабостью рискуют показаться.Ступай к Иосавеф, скажи ей вот о чем:Огнем спалю я храм и сокрушу мечом,О нем сегодня же бунтовщики восплачут,Коль мне в заложники ребенка не назначат".
Навал.
Ну, что ж! Не думаю, что ради сироты,Который в храме был взращен из доброты,Мятежники дадут снести свою святыню.
Матфан.
Нет, Иодаевой не знаешь ты гордыни.Уж если богу им подкидыш посвящен,Сто раз в мучениях умрет скорее он,Чем выдаст мне дитя, с которым — это ясно! —К тому же носятся тут все подобострастно.О нем, коль верно я в слова царицы вник,Все знает Иодай, хоть сдержан на язык.Но отрок принесет им лишь беду большую:Его не выдадут, и дело довершу я,И храм их, ненависть вселяющий в меня,Огонь и меч сметут до окончанья дня.
Навал.
Что ненависть в тебе такую воспитало?Ужель столь ревностно ты веруешь в Ваала?А вот, к примеру, мне, чей пращур — Измаил[301],Не ближе твой Ваал, чем бог евреев был.
