Между тем стремление стать сестрой милосердия становилось настоящей великосветской модой. Уже в номере за 1 сентября 1914 года заметка «Петроград во время войны», появившаяся в журнале «Столица и усадьба», сообщала: «Большинство дам нашего общества занято сейчас работой в “Красном Кресте”, в разных обществах и лазаретах, шитьем для раненых дома; ряд барских квартир отведен под лазареты, многие берут раненых на дом. Мы будем печатать серию портретов и групп работающих, помещать снимки этих барских особняков и т.д.»636. Свое обещание журнал выполнил, помещая в последующих номерах множество подобных снимков. Можно представить, сколько дам, отождествлявших себя с высшим светом, надели форму с красным крестом после прочтения этой заметки и последующих публикаций.
В 1914 – начале 1915 года в этом и других иллюстрированных изданиях появилось немало фотографий представительниц высшего общества и популярных актрис, облачившихся в формы различных общин сестер милосердия (некоторые наряды были очень скромными, другие – продуманными, дорогими и элегантными, а порой и весьма кокетливыми). Среди знаменитостей разного рода, носивших форму с красным крестом, были дочь английского посла М. Бьюкенен (различные портреты юной шотландской аристократки появились сразу в трех журналах), актрисы балета А.М. Бакашова и Л. Бараш, графиня Ф.В. Бенигсен, певица С. Беннинг, дочь главы правительства Горемыкина А.И. Овчинникова, С.А. Зубковская (урожденная баронесса Стюарт), баронесса Л.А. Каульбарс, певица Н.В. Плевицкая, писательница Н.И. Потапенко (Савватий), фрейлина княжна А.А. Урусова, графиня Е.В. Шувалова и многие другие известные дамы637. Подпись к эффектному фотопортрету танцовщицы И.Л. Рубинштейн, опубликованному в иллюстрированном журнале, гласила: «Знаменитая танцовщица, проживающая сейчас в Лондоне, посвятила себя всецело уходу за ранеными»638. В обстановке военного энтузиазма к публикациям такого рода читатели относились с доверием, не всегда оправданным. Создавалось обманчивое впечатление, что «весь свет» надел популярную форму с красным крестом и трудится без устали в лазаретах.
Не следует, однако, полагать, что императрица Александра Федоровна и ее старшие дочери решили исполнять обязанности сестер милосердия лишь под влиянием международной великосветской моды того времени. Это, по-видимому, было для них серьезное и сознательное решение. Возможно, на патриотическую инициативу царицы оказала влияние деятельность ее матери, великой герцогини гессенской Алисы (1843 – 1878), которая в свое время способствовала профессиональному обучению медицинских сестер в Гессене, а во время войн 1866 и 1870 – 1871 годов организовывала лазареты, а также сама ухаживала за ранеными. Очевидно, великая герцогиня, дочь английской королевы Виктории, действовала по примеру популярной героини Крымской войны Флоренс Найтингайл, знаменитой британской сестры милосердия, которая оказала большое влияние на профессиональную подготовку медицинских сестер в Англии и других странах. Но можно предположить, что и на деятельность великой герцогини гессенской, и на деятельность ее дочери, ставшей русской императрицей, оказала влияние память об известной представительнице Гессенского дома Елизавете Венгерской (1207 – 1231), которая была причислена к лику святых за свое милосердие – после смерти своего мужа она самоотверженно ухаживала за больными бедняками. (Еще более вероятно, что на этот образец ориентировалась старшая сестра императрицы великая княгиня Елизавета Федоровна, названная своими родителями в честь святой639.)
Впрочем, в годы Первой мировой войны представительницы различных европейских правящих династий облачались в форму сестер милосердия с красным крестом, это была довольно распространенная в то время монархическая система репрезентации. Читатели русских периодических изданий, например, могли узнать о соответствующей деятельности представительниц разных династий – бельгийской королевы, принцессы Вандомской, супруги австрийского престолонаследника, сестры бельгийского короля. После вступления в войну Румынии в 1916 году королевский дворец в Бухаресте был превращен в госпиталь, королева с двумя дочерьми работала там в качестве сестры милосердия. Можно с уверенностью утверждать, что для части особ королевской крови это была не только тактика репрезентации, рассчитанная на политический эффект. Некоторые из них, подобно царице, проходили курс обучения медицинских сестер, прежде чем облачиться в белоснежную форму с красным крестом640.
