И эти призраки, навеки застрявшие в этом проклятом месте… Почему их вижу только я? Ну, и Тыковка? Никто из моей маленькой гвардии не замечал этих бессловесных жителей.
- Главное правило: вы идёте след-в-след за мной, тихо и без споров. И точно след-в-след. Самостоятельно никуда не сворачиваете, что бы вы ни услышали, ни шагу в сторону, ни шагу назад, поняли? Если вам покажется, что кто-то вас зовёт, то это просто показалось, ясно?
- Когда Донкин сказал, что нам надо пойти в проклятое имение и поучаствовать в опасном предприятии, я про такое что-то не подумал.
- Надо было молитвенник взять.
- Моя жена в тягости. Третьим, правда, так что не так обидно.
- Отставить панику! – Рявкнула я. – Всё просто: место жуткое, незнакомое, но я здесь каждую кочку знаю, - ну почти, - к тому же темно, поэтому шагаете за мной, как гусятки за мамкой, усекли?
- Вас бы в армию, - буркнул ветеран.
- Усекли.
- Если вдруг, вы потеряете меня из виду, но вам покажется, что я пошла той или иной дорогой, ни шагу дальше. Стойте на месте, понятно? За Тыковкой не ходите. Но! Если потеряете меня из виду, зовите его. Если услышите хруст и чавканье, Тыковка ест. Руку к нему не подносите. И вообще, лишний раз перед его мордой конечностями не махайте, он парень горячий, соблазнится, - все дружно оглянулись на коня, у которого в темноте глаза отчетливо светились красным.
Тыковке перепало огромное ведро свежей рыбы. Мальчик доволен.
- А теперь, за мной, - как только я ступила на болотные земли, мужчины притихли.
Я видела, как им не по себе, и что они не очень-то и доверяли моей задумке, но дружно шли, как я и сказала: след-в-след. Без единого возражения, даже, когда я ступала прямиком в трясину.
Ещё несколько недель назад до меня долетел слух о деревне Мируж. Там издавна производили качественное, хорошее вино с добавлением фруктов и ягод. Рецепты и секреты производства веками передавались из поколения в поколение. Но совсем недавно, с появлением Фитхи, их торговый путь был отрезан. В столицу их не пускали, потому что гордые винные производители напрочь отказывались отдавать плоды своих трудов за бесценок, а на торговый тракт их не пускали головорезы ублюдка. А с другой стороны было графство одного из главных клиентов Фитхи, который не пропускал виноделов уже из принципа. К тому же, болота отрезали все остальные пути, и сейчас жители Мируж тихо погибали от голода, пытаясь поделить несколько скотных дворов на большую деревню.
Но в нижнем городе мне по секрету сказали, что, когда пришли головорезы Фитхи, чтобы взять силой знаменитое вино, а, потерпев неудачу, сожгли всё, тогда жителям удалось спрятать крупную партию. И, если я найду способ вывезти её оттуда, они могут мне её продать. Очень недорого, и тоже из принципа. Потому что я – не Фитха.
Письмо старосте ушло несколько дней назад. Достаточно, чтобы оно было доставлено по основной дороге. От столицы до Мируж как раз три дня пути.
И всего семь часов по смертоносным болотам.
- Леди-хозяин, - подал голос ветеран, - я тут думаю, а ваши мужья, они тоже так на прогулки выходили? От разрыва сердца померли? Или от восторга от вашего бесстрашия?
- От плохой приметы они померли.
- Это как?
- Кто много болтает, тому сковородкой в нос.
Сзади послышались смешки.
- И зовите меня просто Адой, мы в такой тесной компании идём, что просто грех важничать.
Призраки молчаливо провожали нас. Когда я делала ночные вылазки, чтобы изучить все болотные тропы, успела запомнить многих. И заметить одну закономерность: чем более ранняя была смерть, тем отчетливее был образ духа. Я видела их одежды, которые носили сейчас, и силуэты длинных платьев, которые местные женщины уже давно не носят – не практично. От этого становилось как-то грустно. Местные жители верили, что после смерти они уплывают по открытому морю к Солнцу, а что будет с этими, кого не похоронили?
Спустя несколько часов, как раз на половине пути, где стоял призрак с виллами, я поняла, насколько сильно я устала. Ноги поднимались всё тяжелее, отдышка становилась всё сильнее. Даже мужчины сзади вовсе перестали переговариваться, а просто громко сопели, с завистью поглядывая на Тыковку, который без проблем бегал по водной поверхности.
- Совсем небо чёрным стало.
- Это хорошо, скоро солнце сменит луну.
- Или я – вон то поваленное дерево.
- Леди-хозяин, вы чего молчите?
- Если я сейчас стану говорить, начну хныкать, что хочу домой. А это значит, проделать весь этот адский путь опять, но с пустыми руками. Так что это – стратегическая тактика, не отвлекайте.
Пару раз мне казалось, что я потеряла дорогу. Но зато Тыковка помнил, где моё светлое личико не купалось в трясине в пробных заходах. А ещё пару раз мне казалось, что я готова упасть прямо здесь и сейчас лишь потому, что ноги словно налились цементом. Если после такого кросс-фита у меня не появится распрекрасного рельефа, то я уже и не знаю, как работает физиология.
- Тс-с, слышите? – Я резко остановилась.
- Болотные чудище? – С детской серьёзностью кто-то спросил.
- Сам ты болотное чудище, пень окоселый! Собака лает.
