Виталий, сидевший рядом, посмотрел на Тарнова, но ничего не ответил. Он просто продолжал наблюдать.
Тарнов, дойдя до двери, внезапно остановился. Его шаги замерли, плечи дёрнулись, словно он попытался сказать что-то, но вместо этого остался стоять, неподвижный, как статуя. Бойцы переглянулись, один из них слегка дёрнул его за руку, но реакции не последовало.
– Эй, двигайся, – тихо бросил один из конвойных.
Тарнов не сдвинулся с места. Его голова чуть опустилась, а затем он начал медленно заваливаться вперёд. Бойцы успели подхватить его, но его тело уже не реагировало. Он выглядел так, словно кто-то внезапно выключил механизм, лишивший его возможности двигаться, дышать, существовать.
– Что с ним? – выдохнул один из бойцов, опуская Тарнова на пол.
В зале суда поднялся гул, смешанный с испуганными возгласами. Виталий и Варвара, молча наблюдавшие за этой сценой, встали с мест и медленно подошли ближе. Виталий склонился над Тарновым, но быстро понял, что что-либо предпринимать уже бессмысленно.
– Он мёртв, – тихо сказал он, поднимаясь. Его лицо оставалось спокойным, но в глазах читалось понимание того, что эта смерть была не случайностью.
Варвара смотрела на безжизненное тело Тарнова, её взгляд был тяжёлым, как будто она пыталась разгадать тайну, которая осталась с ним. Вокруг суетились люди, кто-то звал медиков, кто-то пытался оградить место от лишних глаз, но всё это уже не имело значения.
– Выключился, – тихо произнесла она, её голос звучал странно пусто.
– Как машина, – добавил Виталий, его слова были хриплыми. – Возможно, именно этим он всегда и был. Только инструментом.
Эта мысль повисла в воздухе, гул в зале постепенно стихал, уступая место тревожной тишине. Для большинства собравшихся смерть Тарнова стала неожиданным финалом. Для Варвары и Виталия это был конец главы, но не книги. Они знали: тайны, которые скрывал Тарнов, не умерли с ним. Они ещё вернутся.
После событий в суде, оставивших гнетущее ощущение незавершённости, жизнь начала обретать новую структуру. Финал, казалось, был достигнут, но для Варвары и Виталия он стал отправной точкой для новой миссии. И вскоре это ощущение обрело форму: Варваре присвоили звание полковника юстиции, поставив её в один ряд с Виталием, теперь официально полковником Федеральной службы безопасности.
Церемония прошла в узком кругу. Скромный зал, привычный для официальных мероприятий, был наполнен людьми в форме. Виталий, стоя среди офицеров, сдержанно улыбнулся, когда Варвара, в идеально сидящем мундире, получила свои новые погоны. Её лицо оставалось сосредоточенным, но в глазах мелькала искра гордости. После вручения Варвара коротко кивнула и пожала руку Белоусову, который лично вручил ей удостоверение.
– Вы это заслужили, – сказал он с ноткой одобрения. – И, признаться, мы рады, что вы согласились на нашу авантюру.
– Это не авантюра, – поправила его Варвара, с лёгкой улыбкой глядя в его глаза. – Это работа. Мы знаем, во что ввязались.
После официальной части Варвара и Виталий, теперь официально руководители 302 отдела, приступили к формированию команды. Им предстояло собрать не просто профессионалов, но людей, готовых столкнуться с тем, что выходило за рамки привычного. Тех, кто мог бы работать с аномалиями, не теряя здравого смысла, и видеть в невозможном возможность.
– Нам нужны сильные люди, – сказал Виталий, склонившись над списками кандидатов. – Не только физически, но и психологически. Тут ошибки не прощаются.
– И ещё гибкие, – добавила Варвара, её пальцы скользили по клавишам ноутбука, где она сверялась с досье. – Такие, кто не боится пересмотреть свои взгляды на мир, если потребуется.
Они спорили, обсуждали, согласовывали. Каждый кандидат проходил через их пристальное внимание. Вопросы, которые они задавали, могли показаться странными: «Верите ли вы в случайности?», «Что бы вы сделали, если бы встретились с чем-то необъяснимым?». Но ответы на них раскрывали человека куда больше, чем формальные тесты.
– Этот подойдёт, – сказала Варвара, указывая на одного из кандидатов. – У него опыт работы с кризисными ситуациями, и он знает, как держать язык за зубами.
– А этот? – Виталий указал на другого. – Слишком резкий, но у него есть чутьё. Это может пригодиться.
Вскоре команда начала обретать форму. Люди, которых они выбирали, были разными, но всех объединяло одно: готовность вступить на неизведанную территорию. Программисты, аналитики, оперативники – каждый из них должен был стать частью новой системы, где обычные правила больше не действовали.
Их первый штаб был скромным: несколько комнат в здании, которое казалось обычным офисом. Варвара с энтузиазмом взялась за обустройство. Она лично следила за тем, чтобы всё было функционально, но при этом не напоминало типичные государственные учреждения.
– Это не просто работа, – сказала она Виталию, когда они обсуждали оформление. – Люди должны чувствовать, что они часть чего-то нового. Не бюрократии, а реального дела.
