– Уже договорился, – ответил он, и его голос, наоборот, стал чуть мягче.
– Когда?
– Сегодня вечером, – сказал полицейский. – В его квартире.
Варвара перевела взгляд на Виталия, её глаза сузились, словно она обдумывала каждую его фразу. На мгновение в кабинете повисла тишина, нарушаемая только приглушённым шумом с улицы.
– Я поеду с тобой, – сказала она, откинувшись на спинку стула, тоном, который никоим образом не терпел возражений.
Виталий скептически поднял бровь, но его лицо осталось серьёзным:
– Ты уверена?
– Это касается нас обоих, – твёрдо ответила Варвара. – Если он что-то знает, я должна это услышать.
Виталий кивнул, глядя на неё с уважением.
– Тогда встречаемся в пять. Подберу тебя у офиса.
– Договорились, – коротко бросила она, вновь взяв в руки бумаги.
Но даже когда она вернулась к работе, её мысли остались с Алексеем Трошиным. Это имя, этот трамвай, эта ночь на "Казарменном переулке" – всё это теперь переплеталось слишком плотно, чтобы можно было отложить.
Вечер в районе метро "Водный стадион" был хмурым и неприветливым. Низкое небо, заволоченное тяжёлыми тучами, готовилось пролиться дождём, который уже повис в воздухе вязкой сыростью. Варвара и Виталий стояли перед одной из дверей в типовом подъезде, где стены, покрытые облупившейся краской, и слабый свет лампочки под потолком делали обстановку угнетающей.
Виталий нажал на звонок. Его протяжный, металлический звук отозвался в пустом коридоре. Варвара скрестила руки на груди, глядя на дверь.
– Уверен, что он дома? – тихо спросила она, чуть приподняв бровь.
– Он подтвердил встречу, – спокойно ответил Виталий, не отводя взгляда от двери, а потом повторил звонок.
Прошла минута, затем другая. Варвара почувствовала, как внутри неё поднимается раздражение, смешанное с тревогой.
– Он собирается открыть? – заметила она чуть резче.
– Может, решил поиграть с нами, – отозвался Виталий, но его тон был всё таким же ровным.
Из-за двери донёсся шорох, а затем тяжёлые шаги, словно человек двигался без спешки, намеренно оттягивая момент. Щёлкнул замок, и дверь приоткрылась.
На пороге появился Алексей Трошин. Его лицо, бледное и натянутое, словно маска, не выражало ничего, кроме лёгкой насмешки. Глаза блестели странным светом, будто отражали нечто невидимое для других.
– Что вы хотели? – бросил он, облокотившись на дверной косяк рукой, которую он поднял выше головы. Так делают люди надменные, уверенные в своей невиновности.
– Мы договаривались о беседе, – спокойно ответила Варвара, но её взгляд стал холоднее при виде будущего свидетеля.
– Разговоре? – Алексей усмехнулся, и его губы искривились в неприятной гримасе. – А если мне не хочется с вами разговаривать?
– Это не обсуждается, – твёрдо сказал Виталий, сделав шаг вперёд, намеренный при необходимости оттолкнуть владельца квартиры.
Алексей посмотрел на него, затем на Варвару. В его глазах мелькнуло что-то острое, почти зловещее.
– Ладно, заходите, – всё также небрежно бросил он, отступая в сторону, чтобы впустить полицейских.
Они вошли в квартиру, где их встретила абсолютно стерильная обстановка. Всё выглядело так, словно здесь только что завершилась генеральная уборка: мебель стояла аккуратно, никакой пыли, ни одного лишнего предмета. Но эта чистота была пугающей и безжизненной, как витрина, выставленная напоказ.
– Присаживайтесь, – нехотя указал Алексей на диван в углу.
Варвара и Виталий переглянулись, затем заняли места. Алексей сел напротив, откинувшись на кресле, скрестив ноги и положив руку на подлокотник. Его взгляд медленно, оценивающе скользнул по их лицам.
Комната была наполнена напряжением, словно воздух стал плотным и вязким. Варвара и Виталий сидели напротив Алексея, который чувствовал себя хозяином ситуации. Его расслабленная поза была обманчивой: в каждом его движении, в каждом взгляде читалась скрытая агрессия.
– Давайте начнём с простого, – сказала Варвара, глядя прямо на Алексея. Пускай её голос звучал спокойно, но в нём чувствовалась стальная твёрдость. – Где вы были неделю, когда пропали?
Алексей слегка усмехнулся, его губы изогнулись в насмешливой улыбке.
– Простого? – переспросил он с издёвкой. – Вы правда думаете, что это вас касается?
– Это касается нас напрямую, – холодно вмешался в диалог Виталий.
Алексей посмотрел на него, его взгляд стал жёстким.
– Кого вы тут изображаете? – резко спросил он, не отводя взгляда от полицейского. – Судью? Спасителя?
– Мы пытаемся понять, что с вами произошло, – спокойно ответила Варвара.
– Понять? – Алексей резко и неприятно рассмеялся. – Вы хотите понять? Тогда начните с себя. Спросите себя, почему вы сюда пришли.
– Мы сюда пришли не для того, чтобы выслушивать ваши оскорбления, – резко сказал Виталий, и его голос стал угрожающе низким. – Мы пришли за ответами.
– Ответами? – как только Алексей откинулся на спинку кресла, его лицо снова приобрело насмешливое выражение. – У меня для вас плохие новости: я не собираюсь ничего рассказывать.
– Вы не оставляете нам выбора, – твёрдо заявила Варвара.
