Трамвай начал двигаться. Его движение было плавным, почти бесшумным, но Варвара почувствовала, как вагон слегка вибрирует. Окна снаружи начали постепенно покрываться туманом, словно мир за их пределами растворялся.
– Мы едем, – прошептала она, её голос звучал растерянно.
Виталий не ответил. Он смотрел вперёд, его взгляд был сосредоточен. Варвара почувствовала, как её пальцы дрожат, но она не отпускала его руки.
Туман за окнами стал густым, он полностью поглотил бульвар, оставив лишь вагон, наполненный странным светом и тишиной, которая была громче любого шума. Оба понимали: поездка только началась, и конец её будет далёк от привычного им мира.
В одном из старых домов, стоявших вдоль пустынного бульвара, пожилой мужчина, разбуженный выстрелами и внезапными звуками, с трудом поднялся с кровати. Комната была залита тусклым светом уличного фонаря, который пробивался сквозь старые, выцветшие занавески. Звук выстрелов, раздавшийся несколько минут назад, всё ещё эхом отражался в его голове, наполняя тишину гнетущей тревогой.
– Что это было? – пробормотал он, натягивая тёплый халат и шаркая тапками к окну.
Подойдя, он осторожно раздвинул занавески, его взгляд скользнул по пустому тротуару. Но вместо привычной тишины ночной улицы он увидел нечто, что заставило его замереть.
На противоположной стороне, среди густого тумана, стоял бордовый трамвай. Его бортовой номер 302 тускло светился. Мужчина почувствовал, как по спине пробежал холод. Этот трамвай не мог здесь оказаться. Он не принадлежал этому времени.
– Это невозможно… – прошептал он, но слова прозвучали так тихо, что сам едва их услышал.
Трамвай начал двигался медленно, но с пугающей целеустремлённостью. Его движение было бесшумным, словно он парил над рельсами. Мужчина видел, как двери закрылись, и вагон, набирая скорость, стал растворяться в ночной мгле.
Его руки задрожали. Он поспешно потянулся к телефону, который стоял на старой тумбочке, и дрожащими пальцами начал набирать номер. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы справиться с волнением и привести мысли в порядок.
– Алло, это полиция? – его голос прозвучал хрипло, как будто слова давались ему с трудом.
– Да, дежурный слушает, – ответил усталый голос на другом конце провода.
– Здесь… что-то странное, – быстро проговорил он, его глаза всё ещё были прикованы к улице. – Я слышал выстрелы… А потом… трамвай.
– Выстрелы? Трамвай? – голос полицейского стал чуть более настороженным. – Где вы находитесь?
– Чистопрудный бульвар дом 12, – торопливо сказал мужчина. – Трамвай с номером 302. Он появился ниоткуда. И… исчез.
В трубке повисло молчание, а затем раздался тяжёлый вздох.
– Вы уверены? – спросил дежурный, в его голосе явно слышалось недоверие.
– Абсолютно! – резко ответил мужчина, его голос стал громче. – Я своими глазами это видел!
– Скажите, вы уверены, что… в общем, вы ничего не принимали? – осторожно уточнил полицейский.
– Вы издеваетесь? – вспылил мужчина, его руки задрожали сильнее. – Я говорю вам, это был трамвай! Он выехал из ниоткуда, и теперь его нет!
На другом конце провода снова раздалось молчание, затем усталый голос дежурного:
– Хорошо… примем к сведению. Если что-то ещё произойдёт, перезвоните.
– Примете к сведению?! – выкрикнул мужчина, но в трубке уже раздались короткие гудки.
Он положил телефонную трубку на место, его лицо стало пепельно-серым. Мужчина снова посмотрел в окно, но улица была пуста. Только лёгкий туман всё ещё витал над тротуаром, где ещё минуту назад стоял этот зловещий трамвай.
– Никто не поверит, – прошептал он, вернувшись к кровати и тяжело опускаясь на ее край.
Его сердце билось слишком быстро, а разум вновь и вновь возвращался к увиденному. Это было слишком реально, чтобы быть галлюцинацией, но слишком абсурдно, чтобы укладываться в рамки обычной жизни.
– Что же это было? – пробормотал он, чувствуя, как страх холодными пальцами сжимает его грудь.
Он долго стоял неподвижно, вглядываясь в ночь за окном. Но улица больше не давала ответов. Её пустота казалась особенно зловещей, словно ночь пыталась скрыть то, что здесь произошло.
Трамвай двигался медленно, пробираясь сквозь густую и вязкую материю. Туман за окнами был плотным, почти непроницаемым, и казалось, что он не просто окружает вагон, а пытается проникнуть внутрь.
Варвара сидела рядом с Виталием. Её взгляд цеплялся за мутные стекла, где время от времени мелькали странные тени.
– Это место… будто хочет нас проглотить, – тихо произнесла она, не отрывая взгляда от окна.
Виталий молчал. Его глаза оставались прикованными к кабине, где тело в рясе всё так же лежало на панели управления. Смерть водителя, казалось, никак не повлияла на движение трамвая. Машина жила своей жизнью, подчиняясь только себе.
Туман начал медленно рассеиваться, уступая место странному свечению. Этот свет был мягким, он не резал глаза, но проникал вглубь, вызывая одновременно ощущение тепла и непонятной тревоги.
– Видишь это? – прошептала Варвара, её пальцы крепче сжали руку Виталия.
– Вижу, – коротко ответил он, его голос звучал напряжённо.
