Машины «Моцарта», окружавшие пустырь, остановились. Люди в броне, только что двигавшиеся с пугающей уверенностью, теперь замерли. Их головы поворачивались вверх, к огням, разрезавшим ночь. В воздухе повисло напряжение, как перед первым выстрелом, который может стать началом конца.
Вертолёты, приблизившись, зависли над пустырём. Их лопасти создавали мощный вихрь, заставляя дым разлетаться в стороны. Варвара и Виталий прижались к земле, чтобы избежать порывов ветра. Гул стал оглушительным, перекрывая все другие звуки. Но даже через этот шум раздался резкий треск автоматного огня.
Первая очередь пришлась чуть в стороне от бойцов «Моцарта». Земля содрогнулась, осыпая их пылью и мелкими камнями. Люди бросились врассыпную, некоторые попытались укрыться за машинами, другие инстинктивно подняли оружие, но не осмеливались стрелять. Их командир, тот самый суровый мужчина с холодными глазами, закричал что-то, но его слова утонули в реве вертолётов.
– Это предупреждение, – Виталий поднял голову, глядя на мерцающие огни боевых машин. Его голос звучал напряжённо, но теперь в нём была уверенность. – Они здесь, чтобы нас защитить.
Варвара не ответила. Её взгляд был прикован к вертолётам. Один из них медленно снизился, прожектора скользнули по пустырю, выхватывая из тьмы фигуры бойцов «Моцарта». Теперь стало видно, как они растеряны, их выправка и слаженность исчезли, сменившись хаотичными движениями. Командир попытался вытащить рацию, но внезапно второй вертолёт развернулся, зависая над их машинами. Снова раздались выстрелы. Пули прошли вдоль земли, отсекая путь к бегству.
– Они их блокируют, – заметила Варвара, не сводя глаз с происходящего, но продолжая прятаться в остатках трамвая. Случайные пули так же смертельны, как и обычные.
– И правильно делают, – коротко бросил Виталий.
Из динамиков одного из вертолётов раздался глухой, властный голос:
– Всем бойцам, находящимся на территории, немедленно сложить оружие и лечь на землю. Сопротивление будет расценено как угроза государственной безопасности. Это ваше единственное предупреждение.
Варвара почувствовала, как по её коже пробежал холод. Эти слова, сказанные ровным, почти бесстрастным тоном, не оставляли места для сомнений. Люди из ФСО не собирались шутить. Она обернулась к Виталию, который продолжал наблюдать за ситуацией, сжимая кулаки.
На поле боя наступила пауза. Солдаты «Моцарта» не двигались, словно пытались осознать, насколько серьёзной стала угроза. Их командир бросил автомат на землю, поднимая руки. Его подчинённые замерли, а затем последовали его примеру, один за другим складывая оружие.
– Это не конец, – прошептал Виталий, его взгляд оставался сосредоточенным. – Они ещё попробуют выкрутиться.
В этот момент из одного из вертолётов начали спускаться люди. Фигуры в форме ФСО двигались с чёткой, слаженной выправкой. Их лица скрывали маски, а оружие было направлено на бойцов «Моцарта», которые теперь лежали на земле. Один из сотрудников приблизился к командиру ЧВК, что-то произнёс, после чего тот кивнул и остался неподвижен.
– Что дальше? – тихо спросила Варвара, её голос дрожал от напряжения.
– Нам нужно оставаться незаметными, – сказал Виталий, его глаза блестели от напряжения. – Если они пришли за нами, мы должны понять, на чьей они стороне.
– Они спасли нас, – возразила Варвара, её голос звучал слабо.
– Пока что, – коротко ответил Виталий.
Они продолжали лежать, наблюдая за действиями людей в форме. Сердце Варвары гулко билось, и каждая секунда казалась вечностью. Она чувствовала, что происходящее ещё далеко от завершения.
Пронзительный вой ветра, вызванный снижением вертолётов, заполнил пространство. Лопасти рассекали воздух с такой мощью, что клочья пыли и обломки с пустыря разлетались во все стороны. Варвара вжалась в землю, прикрывая лицо руками, её волосы спутались, прилипая ко лбу. Виталий лежал рядом, напряжённо всматриваясь в свет фар, которые уже почти касались поверхности.
Один из вертолётов опустился настолько близко, что казалось, его лопасти вот-вот снесут верхушки редких кустов, окружающих пустырь. Прожекторы ярко осветили поле, чётко выделяя фигуры людей на земле. В динамиках раздался гулкий голос, казавшийся равнодушным, но от этого ещё более грозным:
– Варвара Смолина и Виталий Санин находятся под персональными гарантиями безопасности Федеральной службы охраны. Любое действие, наносящее им вред, будет рассматриваться как государственная измена. Сложите оружие и покиньте территорию.
Голос был таким громким, что вибрация, казалось, проникала в каждую клетку тела. Варвара подняла голову, взглянув на Виталия. Её лицо выражало смесь удивления и недоверия.
– Персональная безопасность? – прошептала она, но её слова потонули в гуле двигателей.
Виталий лишь коротко кивнул. Его взгляд оставался прикован к вертолёту. Он не мог понять, что скрывается за этим жестом ФСО – искреннее спасение или новая ловушка.
