– Это исключено, – осторожно возразил один из аналитиков. – Исток всегда действует стратегически. Может, они…
– Замолчите! – резко перебил Тарнов, оттолкнув стул и встав. – Если они нас бросили, значит, что-то пошло не так. Мы должны быть готовы к худшему.
И худшее не заставило себя ждать. В разных частях города, в скрытых точках, где находились агенты Истока, происходило нечто необъяснимое. Люди, чьи тела были захвачены сущностями из Истока, внезапно начали отключаться. Они просто останавливались, как сломанные механизмы, и через несколько минут умирали. Медики, вызванные на места, разводили руками.
– Сердце остановилось, – произнёс один из них, осматривая мужчину средних лет, который несколько секунд назад спокойно разговаривал, а затем замолчал и упал.
Эти смерти начали наводить панику среди оставшихся агентов. Никто не мог объяснить, что происходит. В отчаянии многие попытались бежать, но вскоре обнаружили, что их тела не могут больше поддерживать жизнь. Это была спланированная эвакуация, но без возможности спасти тела.
Тарнов, наблюдая за происходящим, окончательно потерял самообладание. Его кабинет стал ареной для истерики. Он метался от стола к окну, выкрикивая приказы, которые никто не понимал. Его заместители молча стояли, опустив головы. Они знали: цепь рушится, и каждый из них может оказаться следующим.
– Они знают, что мы слабы! – кричал Тарнов. – Они нас сдадут! Без их поддержки мы…
Он не договорил. На его стол легла очередная сводка. Заголовок отчёта гласил: "Тотальная эвакуация агентов. Активность Истока прекращена". Его руки задрожали, он медленно опустился в кресло. Комната заполнилась гробовой тишиной.
– Всё пропало, – прошептал он. – Мы проиграли.
На пустыре, где непонятно в связи с чем и по каким причинам лежат рельсы, сгущались сумерки. Трава, пробивающаяся сквозь щели между шпалами, напоминала о давно забытых маршрутах, которые когда-то проходили через это место. Сейчас пустырь был покинут, его тишина напоминала застывшее время, будто сама природа замерла в ожидании чего-то неизбежного.
Из тумана, растекающегося по низинам, внезапно появилось слабое свечение. Оно усиливалось, отбрасывая призрачный свет на ближайшие кусты и заросли. Свет мерцал, словно пробивался из другого измерения. Постепенно в густом мареве начали вырисовываться очертания трамвая. Старый бордовый вагон с облупившейся краской и номером 302 двигался плавно, как будто не касался рельсов. Его движение было бесшумным, а контуры трамвая в тумане казались почти призрачными.
Когда вагон остановился на середине пустыря, воздух стал плотнее. Трамвай замер, изучая окружающую тишину. Его двери медленно открылись с едва слышимым шипением.
Из темноты, заполнявшей вагон, появилась фигура. Первыми показались ботинки, затем шаги вывели на свет человека в чёрном пальто – Виталия. Он сделал шаг вперёд, задержался на мгновение, словно привыкал к ощущению земли под ногами. Следом за ним, придерживая пальцами край двери, вышла Варвара. Её лицо выражало сосредоточенность, а взгляд метался, оценивая пустырь.
Они оба выглядели уставшими, словно за их плечами была не просто длинная дорога, но тяжёлое испытание. Варвара, поправив шарф на шее, бросила взгляд на трамвай, который наблюдал за ними своими тёмными окнами.
– Он всё-таки довёз нас, – тихо произнесла она, её голос звучал хрипло, будто давно не говорила.
Виталий оглянулся, и его взгляд прошёлся по окружающему пейзажу. Пустырь выглядел безмолвным и мрачным, как и прежде, но в воздухе витало ощущение чего-то нового, непонятного.
– Мы вернулись, – коротко ответил он. Его голос прозвучал твёрдо, но в нём чувствовалась лёгкая нотка сомнения.
Варвара шагнула вперёд, уходя чуть дальше от вагона. Ботинки хрустнули по траве и мелкому гравию. Она замерла, глядя на рельсы, которые внезапно обрывались в нескольких метрах от того места, где остановился трамвай.
– Эти рельсы… – начала она, но не закончила.
Виталий подошёл к ней, бросив взгляд на трамвай, который всё ещё стоял с открытыми дверями. Мягкий свет изнутри освещал землю перед входом, но внутри ничего не двигалось, лишь тишина наполняла пространство.
Варвара отвернулась от рельсов и посмотрела ему в глаза.
– Почему именно здесь? – спросила она. Её голос звучал глухо, как будто вопрос был обращён не к нему, а к пустоте вокруг.
Виталий не ответил. Он ещё раз посмотрел на вагон, а затем сделал несколько шагов назад, оглядывая окружающий пейзаж. В его взгляде читалось напряжение, как у охотника, готовящегося к неожиданному нападению.
Тишина пустыря стала оглушительной, словно весь мир затаил дыхание.
– Это место… Оно было выбрано не случайно, – наконец сказал Виталий тревожно.
Варвара ничего не ответила. Она только смотрела на трамвай, который теперь напоминал статую, застывшую в центре пустоты. Её мысли смешались, но одно она знала точно: их возвращение будет далеко не таким простым, как они надеялись.
