Морось, туман и снег с дождём сузили Канаду до маленького пятачка на стоянке и дверей FBO. Внутри было тепло, светло и пахло булочками с корицей. Невероятно уютная отделка в помещениях, туалет с душем, одноразовые зубные щётки и полотенца, трогательные цветы в вазочках, а в воздухе витало какое-то особенное настроение. Поскольку Канада в этот прилёт ограничилась для меня только этими несколькими комнатами, она представилась мне невообразимо волшебной страной. Той, где всё для человека, и, в отличие от известного анекдота, этот человек – именно я.
На стене висели многочисленные грамоты, утверждавшие, что этот FBO— лучший оператор наземного обслуживания в Канаде. Я им сразу поверила. Чашка кофе с умопомрачительной булочкой буквально вернули меня к жизни, я позволила себе расслабиться и просто глазеть по сторонам.
Илья подавал планы, Андрей смотрел погоду. Ещё раз просмотрели сайт американской границы и отправили декларацию по электронной почте, после чего записали выданный нам номер eAPIS. Декларацию надо было отправить не позже, чем за два часа до прибытия, но и раньше мы отправить её тоже не могли, поскольку не знали, когда точно прилетим, а время прилёта обязательно нужно было указать для того, чтобы нас встретили.
– Точно ничего им больше не надо?
– Вот здесь написано, что требуется только отправить заполненную форму, и не нужно звонить, писать, телеграфировать, факсировать. Просто отправьте. И всё.
– Через сколько мы там будем?
– Дай посчитать, – Илья уставился в монитор, – Ох, ни фига себе, какой у нас ветер встречный.
Я заглянула в монитор через его плечо и открыла рот от удивления. Метеокарта напоминала рассыпавшийся колчан с индийскими стрелами – я первый раз в жизни видела на карте указатели ветра с ромбиками. Когда-то на зачёте по метеорологии я отнеслась к ним весьма пренебрежительно, мне в голову не приходило, что придётся столкнуться с ними в реальности.
– Сто узлов прямо в лицо. Мы «везунчики». Нечасто можно встретить на этих высотах такое качественное струйное течение.
– Сколько?! – спросил моментально материализовавшийся у компьютера Андрей, – Мда…
– Но вот здесь воздушная струя поворачивает, – Илья ткнул пальцем куда-то в сторону огромного озера на карте, – и ветер будет дуть сбоку. Уже легче. Четыре с половиной часа получается.
– Нормально. – удовлетворённо ответил Андрей, – Да и аэродромов здесь уже хватает. Если съедим топлива больше, чем запланировали, сможем найти, где заправиться. Ставь время, отправляй декларацию и поехали. Хочется долететь по светлому времени суток, – Андрей потягивался, разминался и ужасно заразно зевал, отходя от компьютера.
Я тоже зевнула, с сожалением посмотрела на мягкий диванчик, камин, поднос с плюшками и пошла к самолёту.
http://transatlantic.free-sky.ru/part4.html
Ледяная короста на самолёте частично стаяла, остатки мы счистили руками. Очень интересно было посмотреть структуру льда, по которой хорошо видно, как он нарастал. Лёд бывает разный – я видела абсолютно прозрачные корки, которые можно было обнаружить только на ощупь, видела, как взрываются шарики белого «попкорна» в ледяном дожде при плюсовой температуре. Как-то сбивала пятисантиметровые сталактиты с грозоразрядников на стабилизаторе. Здесь корка была плотная и ячеистая, чуть подтаявшая, – как глазурь на торте.
Я села в самолёт, испытывая ни с чем несравнимое наслаждение от того, что больше не нужно втискиваться в спасательный костюм.
Всё – мы над континентом. После того как долетим до США, на ближайшие сутки можно будет выдохнуть. Осталось немного – долететь до аэропорта «Ниагара-Фоллс».
Взлёт был гораздо спокойнее, чем посадка. Отдельной строкой в голове пульсировала мысль: мы перелетели океан! Мы его перелетели! Как бы там ни было, внизу больше не вода, а твёрдая поверхность континента – совсем другого, непривычного нам, чуждого и интересного, но всё-таки материка. Дракоша почти сразу окунулся в облака и спустя пару минут вынырнул в чистое, пока ещё светлое, небо.
Ветер, как и обещали, дул изо всех сил. 100 узлов, 185 километров в час… Я видела своими глазами ветер в 100 узлов, дующий прямо в лоб! Дракоша очень старался, но с высотой его скорость относительно земли была все меньше и меньше – 182 узла, 170 узлов, 156 узлов! Мы плелись по своему маршруту еле-еле со скоростью древней черепахи. Ниже нашего эшелона ветер был немного меньше, но часовой расход топлива на меньшей высоте полета увеличивается – смысла снижаться не было никакого. Так и тащились на 280-ом эшелоне в надежде на обещанные в прогнозе изменения.
– Ничего, скоро воздушная струя должна развернуться, – убеждал нас Илья.
– Да уж, было бы неплохо, иначе мы здорово выбьемся из графика. Да и по топливу могут начаться вопросы, – вторил ему Андрей.
– Вот здесь, – Илья ткнул пальцем в карту на экране навигатора, – над озером должна.