Транзиция полностью

Она кивком указала на стол: крупье опять просил сделать ставки. Я и не заметил, как мы проиграли предыдущий кон.

– Рада увидеться вновь, – прибавила она. – Ты догадался, что это я?

– С первого взгляда.

– Правда? Как мило. – Она покосилась на часы с тонким блестящим ремешком на своем загорелом, медовом запястье. – Ладно, время поджимает. Тебе, должно быть, интересно, отчего я искала встречи?

– Неужели не ради секса?

– Нет. Хотя не спорю, нам с тобой было чудесно.

– Ну все, теперь у меня комплексы. Ладно, выкладывай, в чем дело.

– Если вкратце, мадам Теодора д’Ортолан угрожает не только доброму имени и репутации «Надзора». Она и ее сообщники в Центральном совете приведут нас к катастрофическим, гибельным последствиям. Из-за нее под угрозой само существование l’Expédience. А если нет – еще хуже. Как лицо организации, своими прежними деяниями и нынешними намерениями она доказывает, что «Надзор» – воплощение зла, с которым нужно бороться. Если получится – заменить, но лучше – упразднить и уничтожить, несмотря на последствия. А еще, вероятно, существует тайный план, известный только Центральному совету или отдельным его членам, который мы – по крайней мере, ты и твои коллеги, в число которых я больше не вхожу, – по незнанию помогаем осуществлять. Этот замысел держат в секрете, потому что в случае огласки люди сразу его отвергнут. Или поднимут бунт.

– И все? – помолчав, спросил я.

– Разве этого мало?

– Вообще-то это был сарказм.

– Я поняла, просто люблю твои занудные пояснения. Пора делать ставки.

Мы снова положили фишки.

– У тебя есть доказательства?

– Да, но они тебя не устроят. С эмпирической точки зрения.

– А что, в таком случае, убедило тебя, миссис М.? Еще недавно ты преподавала, была немного вздорной и эксцентричной, но все же признанной звездой университета. Тебе прочили великое будущее. И вдруг ты уже главная бунтарка в изгнании! Цель номер один. Все тебя, ищут, все хотят…

– Да, все меня хотят, – согласилась она, с намеком изогнув бровь. – И нигде мне не рады.

– Так что же произошло?

Она медлила, беспокойно скользя взглядом по столу.

– Ты правда хочешь знать?

– Думаю, да. А в чем проблема? Я пожалею, что спросил?

Опять пауза; на нее не похоже. Наконец она вздохнула, метнула фишку на прежний квадратик и откинулась на стуле. Я разместил несколько фишек на другой стороне игрового поля.

Миссис Малверхилл заговорила – тихо, все еще глядя на стол. Чтобы ее услышать, я придвинулся ближе, перегнувшись через шар, служивший моему временному телу животом.

– В месте, которое зовется Эсмир, есть научная станция, – начала она. – Точных координат мира мне не называли; всякий раз меня переносил туда тандемщик с наивысшим уровнем допуска. Здание стоит на лесистом острове посреди огромного озера или внутреннего моря. В этой лаборатории, где бы она ни находилась, мадам д’Ортолан проверяла некоторые свои теории, проводя исследования на транзиторах. В частности, на тех, чей дар имел особые отклонения. И официальная точка зрения, и наиболее правдоподобные слухи сходятся на том, что изыскания на этом острове уже прекращены. Теперь единого центра нет – все, что осталось, рассредоточено по разным базам. Однако важнейшие эксперименты проводились именно в Эсмире. А возможно, проводятся по сей день. Когда-нибудь я туда вернусь и выясню.

– Ничего об этом не знаю.

– Мадам д’Ортолан была бы рада это услышать.

– Продолжай.

– Как ты сказал, меня считали перспективным кадром и полагали, что я многого добьюсь. Мадам д’Ортолан любит держать таких людей при себе или, по крайней мере, наблюдать за ними. Пока они думают, что сами занимаются научной работой, Теодора их оценивает. Меня она пригласила поучаствовать в программе, где, помимо прочего, исследовалась возможность транзитировать автономно. Мы проверяли, позволяют ли определенные изменения в мозге испытуемого перемещаться между мирами без септуса или, по крайней мере, при меньшей подготовительной дозе.

– Я думал, это невозможно.

– В какой-то мере да. Если ты когда-нибудь получишь нужный уровень допуска, то увидишь, что именно наше исследование доказало невозможность таких перемещений.

– И правда доказало?

– С оговорками. Вообще-то мы вели более углубленную и обширную работу. В целом программа была призвана установить, на что способны рандомайзеры, развеять мифы и предрассудки, связанные с их странными талантами, подвести под догадки научное основание. А транзиция без септуса… это как непокоренная вершина, достичь которой мы не чаяли, но и терять из виду не хотели.

– Какие методы вы применяли?

– Пытки. – Она задержала на мне взгляд. – Со временем дело дошло до пыток.

Миссис Малверхилл вновь отвлеклась на игру; крупье уже сгреб наши фишки в сторону. Она поместила еще одну на тот же квадрат. Я поставил на соседний.