Благодаря газовым обогревателям в баре было довольно тепло. Я увидел парочку приятелей и подсел к ним. Незнакомка в серой вуали стояла в двух столиках от нас, прислонившись к каменной стене и глядя на реку. В разгар беседы я отчетливо уловил направленный на меня взгляд. Затем девушка медленно отвернулась. Я извинился перед собеседниками и подошел к ней.
– Прошу прощения… – начал я.
Она подняла вуаль. Приятное, непримечательное лицо.
– Да, сэр?
– Тэмуджин О, – представился я. – Рад с вами познакомиться.
Я протянул руку, и она пожала ее, обхватив ладонью в серой перчатке.
– А я рада познакомиться с вами.
Я немного помолчал, ожидая, что она назовет свое имя, а затем предложил:
– Не хотите ли присоединиться ко мне и моим друзьям?
Она окинула взглядом наш столик.
– Спасибо, не откажусь.
Беседа вышла долгой и оживленной. Девушка сказала, что ее зовут Джолл. Она была из гражданских, в «Надзоре» не числилась. Работала над архитектурным проектом для местных властей.
Вечер постепенно перетекал в ночь, народ расходился по домам.
В конце концов мы с Джолл остались вдвоем. Мы прекрасно поладили и распили бутылку вина. Я предложил зайти в мой коттедж на холме – полюбоваться видом, – и она с улыбкой согласилась.
Моя гостья вышла на террасу, окинула взглядом огни городка. Я приобнял ее за талию, провел рукой по гладкому серому атласу. Она обернулась, поставила бокал на перила и сняла шляпку вместе с вуалью.
Вскоре мы переместились в спальню; свет я по просьбе Джолл выключил. Мы занялись сексом. Я все еще был у нее внутри и в ее объятьях, когда она меня перенесла.
Внезапно я очутился в другом, незнакомом казино. Мы сидели на соседних стульях на углу стола, так что могли переговариваться. Игра шла полным ходом; колесо рулетки здесь вращалось горизонтально, утопленное в столешницу. В движение его приводило нечто вроде громадного золотого набалдашника. Ячейки были лишь двух цветов – красного и черного, сукно – зеленое.
– Однако… – пробормотал я.
Моя спутница выглядела гораздо эффектнее, хотя черты лица под броским макияжем остались прежними. Разве что скулы заострились. Теперь она была блондинкой, а не рыженькой, и сверкала множеством драгоценностей.
Я стал одутловатее, чем привык, зато черный костюм сидел как влитой. Решив пригладить волосы, я обнаружил лысину. Возле моего бокала, полного кубиков льда, лежал блестящий металлический портсигар, рядом стояла пепельница. Это объясняло давящее чувство в груди, а также легкую, но назойливую тягу к табаку.
Я рассмотрел свое отражение в отполированной крышке портсигара. Не самый представительный мужчина. Языки – французский, арабский, английский, немецкий, хинди, португальский, латынь. Немного – греческий.
– Как это… гм-м… любопытно, – обратился я к своей спутнице.
– Я старалась, – шепнула она.
– А говорила, что гражданское лицо, – с легким укором напомнил я.
Она стрельнула в меня взглядом.
– Выходит, солгала.
Последний раз я участвовал в парной транзиции, которую сам не контролировал, еще во время обучения в университете, больше десяти лет назад. Моя спутница поступила как минимум невежливо, хотя я подозревал, что на приличия ей плевать.
– Мы с тобой уже встречались раньше?
Надо было делать ставки. Перед нами лежали горки пластиковых фишек, причем у нее – выше, чем у меня. Мы выбрали два соседних номера.
– Да, здесь же, и не так давно, – тихо сказала она. – В этом мире или очень похожем. В Венеции. Пять лет назад. Мы тогда обсуждали ограничения, налагаемые на власть дожей, и наказание за попытку их обойти.
– Помню, да. Нелегкий у тебя выдался вечерок.
– В тебя уже попадала пуля, Тэм?
– Уже? – переспросил я.
– Боль похожа на волну, – призналась моя спутница. – Она разбегается по телу от точки попадания, словно круги по воде. Завораживающе. – Она на миг прищурилась, глядя, как вертится и сверкает колесо. – Но больно.
Я осмотрелся внимательнее. Аляповатое местечко: слишком яркий свет, дорогая, но безвкусная мебель, стройные и красивые женщины сопровождают толстых и уродливых мужчин. Амбр этой реальности говорил не столько о больших деньгах, сколько о высокой степени их концентрации в крайне малом количестве мест. Обычное дело. Должно быть, я здесь бывал.
– Ты помнишь, что сказала мне напоследок? – спросил я. – Тогда, в баре?
– Серьезно? – Она прелестно сдвинула бровки. – Решил проверить, правда ли это я?
– Кто именно – «я»?
– Я еще не говорила.
– Так скажи.
Она наклонилась ко мне, словно делясь чем-то сокровенным. Я ощутил резкий, мускусный аромат ее духов.
– Если не ошибаюсь, я сказала: «До встречи, Тэм» или «В другой раз, Тэм».
– Ты не уверена?
Она нахмурилась.
– Если ты не заметил, я была немного занята – умирала у тебя на руках! В любом случае, группа перехвата могла услышать эти слова. Что важнее, перед моей жестокой, но стремительной кончиной я упомянула термин «эскапада». Тогда меня слышал лишь ты.
Действительно. Хотя об этом моменте я сообщил ребятам из Отдела дознания, так что и это ничего не доказывало.
– Итак, тебя зовут…
– Миссис Малверхилл.
