Она указала мне на кресло напротив себя. Ее странноватый костюм, похожий на обмотку из черных бинтов, выглядел, на удивление, стильно, особенно в комплекте с вуалью, хотя смотрелся бы логичнее где-нибудь на подиуме, а не здесь, на бывшем складе посреди одного из самых токсичных мест на планете. Я задумался, не защищает ли этот прикид от радиации. Вряд ли, но вдруг?
– Вас зовут Эдриан?
– Да. Эдриан Каббиш. Очень приятно.
– А я – миссис Малверхилл. Рада нашему знакомству, Эдриан.
Очередной необычный акцент. Я предположил, что она из местных – из Украины, России, Восточной Европы или вроде того. Хотя и Америка давала о себе знать. Мы оба сели в кресла.
Дамочка открыла было рот, но я ее опередил:
– Итак, миссис Малверхилл, я надеюсь, что вы объясните, зачем я вам понадобился. Пока все это смахивает на пустую трату времени, а свое время, признаюсь, я очень ценю. К тому же мне не по нутру, что меня притащили именно сюда. Как называют это место? Зона? О таком ведь нужно предупреждать, понимаете? Ну, то есть технически я тут, конечно, по доброй воле, никто меня в самолет не заталкивал. Но если б кто сказал мне, куда мы направляемся, я бы, может, не полетел. Так что с точки зрения закона вы ходите по тонкому льду. Сразу предупреждаю: если в ближайшие годы у меня проклюнется вторая голова, мои адвокаты вас найдут.
Миссис Малверхилл удивленно взглянула на меня, затем улыбнулась. Ее черты под вуалью казались восточными. Может, она из Китая? Хотя у китайцев лица шире и круглее. А у нее – ближе к треугольному. Да и глаза слишком круглые для китаянки. И скулы слишком высокие. Может, она вовсе не азиатка? Вот если б света побольше и поглядеть на нее без вуали, я бы сказал наверняка.
– Вам ничто не угрожает, – заверила она. – В машине воздух тщательно фильтровался, а в этом здании атмосфера стерильнее, чем в операционной. Любая пыль, попавшая на вашу одежду и обувь, была уничтожена перед тем, как вы сюда зашли.
Я кивнул.
– Допустим, вы меня убедили. Давайте перейдем к тому, зачем я здесь.
– Возможно, мистер Нойс уже дал вам некое представление о том, что
– Он сказал, вы ему хорошо платили и многого не требовали. Подозрительно, конечно.
– Тем не менее против истины он не погрешил.
– Это радует. А поконкретнее?
– Давайте я обрисую вам главное, Эдриан…
– Разве вы не должны называть меня «мистер Каббиш», раз уж я говорю вам «миссис Малверхилл»? – перебил я. – Или, может, вы назовете свое имя?
Пока слишком уж многое шло по ее указке, поэтому мне захотелось выбить ее из колеи. Может, даже взбесить. Насколько разумно так делать – другой вопрос, ведь если подумать, я попал в зону отчуждения у черта на рогах, где пожелал бы очутиться только безмозглый. Я пролетел на самолете тысячу, а то и две тысячи миль и для всех в Британии, кому есть до меня дело, считай что сгинул: не сообщил ни адреса, ни пункта назначения. Даже мобильник тут не ловит.
Плевать. Меня не на шутку разозлило, каким образом меня сюда притащили, пускай и в моих собственных интересах. Кем эти люди себя возомнили? Поэтому я и ляпнул про «мистера Каббиша» и попросил ее назвать имя.
– Нет, – ответила она, ничуть, похоже, не оскорбившись, – я не стану называть своего имени. Все зовут меня «миссис Малверхилл». Если вам некомфортно, когда к вам обращаются «Эдриан», с удовольствием перейду на «мистер Каббиш».
Я пожал плечами.
– Эдриан так Эдриан. На чем мы остановились?
– На том, что мы будем платить вам ежемесячное жалованье плюс дополнительную премию в конце года за вашу помощь в качестве консультанта и за другие услуги, которые могут нам иногда требоваться. Вы сможете расторгнуть наше соглашение, когда пожелаете, не уведомляя нас заранее.
– Это я-то консультант?
– Почему нет?
– Консультант по каким вопросам?
– Общекультурным, экономическим и политическим.
– Серьезно? – хохотнул я.
– Абсолютно, – кивнула миссис Малверхилл.
Из-за вуали сложно было понять выражение ее лица.
– Миссис М., я трейдер. Торгую акциями. В этом я хорошо разбираюсь. Хотя, наверное, не так хорошо, как мистер Нойс. Еще я кое-что знаю про компьютерные игры. Ах да, и про сноуборд, хотя тут я не профи, а, что называется, любитель-энтузиаст. Понимаете, к чему я веду? Я не гожусь в консультанты по культурным и политическим вопросам.
– Что вы можете сказать о политических партиях родной страны?
– Тори в заднице. На следующих выборах наверняка победят лейбористы, и людям вроде меня, возможно, придется валить из страны. Уточню, что мистер Н. не считает их такими уж засранцами – лейбористов, то есть. Он встречался с этим стариканом Блэром и утверждает, что они позволят нам и дальше спокойно делать деньги. Но я бы не был столь уверен.
– Прекрасно, – промурлыкала леди. – Вот вы и начали на нас работать.
– С этим вроде ясно. А о каких еще услугах речь?
– Встречи с конкретными людьми. Помощь, если она им понадобится.
– Какого рода?
– Вы поможете им встать на ноги. Привлечь средства, раздобыть документы, завести нужные знакомства и так далее.
