Утро не задалось. Виктор Петрович хмуро выслушал сводку происшествий, надиктованную ему на автоответчик секретарем, вздохнул и с отвращением выглянул в панорамное окно своего загородного дома. Не радовал даже вид строящегося бассейна, исполненного в форме бобового зерна. С подогревом и крытой террасой. Деньги, полученные от предприимчивого банкира и короля водочной империи, весьма пригодились. Однако, в свете последних событий, он с радостью вернул бы всю сумму, да еще, пожалуй, приплатил, только бы восстановить статус-кво. Непонятная гибель странного пенсионера вызвала в городе необычно широкий резонанс. Да что в городе, звонили и из столиц, причем, такие люди, которые при обычном стечении обстоятельств, вряд ли бы снизошли до общения с не последним человеком в служебном механизме империи. Следствие ничего не дало. Пьяного водителя большегруза отыскали довольно скоро. Но, к сожалению, в неживом виде. Бедолага, видимо, осознав, что натворил, пошло застрелился из собственного охотничьего ружья. Похороны старика для губернатора стали в некотором роде откровением. Километровая процессия из машин перекрыла весь центр города. Причем в одном ряду, дико сигналя, ехали и тонированные "бэхи" местных авторитетов и роскошные "Мерседесы" олигархического бомонда, а среди них мелькали вовсе странные авто. Простенькие "Жигули" и "Волги", но с такими номерами, что ни один из вельможных соседей не посмел бы оттереть или подрезать этаких простаков. Наблюдатели доложили о случившемся на поминках инциденте. Причем озвучил его не кто иной, как хозяин местного энергетического комплекса, входящий в сотню богатейших людей планеты, а поддержал его неулыбчивый военный с генеральскими погонами, но капитанской выправкой. Глава местного "аквариума" нехорошо покосился на референта губернатора и главного инженера завода, собственником которого считался покойный, выдохнул, усмиряя эмоции, и громко, отчетливо произнес: - "КамАЗы" сами по себе на хороших людей не наезжают... Тишина повисла такая, что слышно было, как заурчало в животе у струхнувшего управленца. А еще подлило масла в огонь исчезновение девчонки. Которая, как сумел выяснить все тот же пройдоха и змей-искуситель от структур заемного капитала, вовсе не была его внучкой. Вернее, родной. Старик умудрился оформить опеку, как оказалось, вполне взрослой женщины, а кроме того, решить вопрос со сменой фамилии. И провернуть все это не где-нибудь в занюханной Криводановке, а в столице нашей Родины. Иными словами, прессинг, которому подвергся представитель власти, окончательно расшатал нервную систему. Он крепко подсел на коньяк, и ежедневно дергал руководство прокуратуры, намекая на отсутствие старания в розыске девицы. От нее и нужно только подписать договор. Всего-то. - Люди уже нервничают. И готовы на необдуманные поступки, - намекнул финансист от Спиртпрома. В словах толстяка явно проскользнула неприкрытая угроза. Хотя, учитывая, что в тот же день позвонили из администрации "самого" и, промежду прочим, затребовали отчет по выполнению предприятиями Госзаказа по линии МО, с указанием номеров контрактов, сумм, и предприятий контрагентов. Рутинное само по себе требование обострялось необходимостью подписывать документ, который, при самом пиковом раскладе, мог стать весьма неудобным. "Ничего, уйду на больничный, пусть зам визирует. А ежели что, отопрусь. Свалю на безответного козлика", - решил губернатор. И все-таки он каждое утро начинал с прослушивания сводки МВД, с надеждой услышать о поимке беглой подозреваемой. "Господи, да никто ее не собирается сажать", - пытался успокоить совесть коррумпированный чиновник, вспоминая слезы девчонки и просьбу. Он искренне убеждал себя в том, что ей не желали зла. А спятивший на сексуальной почве охранник уже в СИЗО и дает признательные показания. Задержан и начальник режима. "Ответят по всей строгости", - губернатор выплеснул в мойку показавшийся кислым кофе. - Гадость, как его пьют? - ругнулся Виктор Петрович, сбросив пижаму и застегивая пуговицы новой сорочки. Он где-то вычитал, что сорочки нужно менять ежедневно, и теперь следовал правилу с завидной неукоснительностью. Губернатор поднялся на этаж и, мимоходом кивнув секретарше, проследовал в кабинет. - Виктор Петрович, - оторвалась привратница от просмотра бумаг. - Вас ждет Альберт Вениаминович, с ним еще человек. Я сделала, как вы велели. Пропустила их в кабинет, подала кофе. Минут десять сидят, - торопливо доложилась референт. - Угу, - буркнул губернатор, не сумев скрыть невольную гримасу. "Помяни лихо..." - ему вовсе не улыбалось выслушивать очередную порцию упреков. Выдохнул. Растянул губы в искусственной улыбке и отворил дубовую дверь. - Какие люди, - развел руками сидящий в гостевом кресле мужчина. Он подмигнул Альберту, разглядывающему памятный вымпел от города-побратима. - ...И без охраны, - закончил паяц. - Или без конвоя? - вдруг добавил он, вмиг растеряв всю игривость тона. - Что за шуточки, Олег? - недовольно поморщился губернатор. Он протянул ладонь финансисту: - Какими судьбами? - И он еще спрашивает? - рыкнул названный Олегом, вскакивая с мягкого сидения. - Ты кого нам сосватал, урод? Виктор Петрович опустился за рабочий стол и, обретая некоторую уверенность, уставился на старого приятеля и компаньона. Кольнуло слух явное противопоставление его с присутствующими: - Олег, последний раз прошу, угомонись, - чиновник обернулся к Альберту Вениаминовичу в поиске поддержки. Тот отставил флажок и тяжело опустил объемное тело на стул, стоящий возле стола для совещаний. - А ведь он, по сути, прав, - вступил в разговор олигарх. - Тот, кого ты представил, как отставника и бездельного снабженца, сохранившего старые связи, оказался... Тебе лучше этого пока не знать, иначе, вместо конструктивного разговора, придется отправлять секретаря за новыми штанами. Короче, он совсем не тот, кем ты его считал. И, к сожалению, далеко не столь безобиден. - И теперь, когда вы... - едва не проговорился губернатор, но вовремя удержался. - И теперь вы обвиняете меня... в чем? Он выпрямил спину и впился глазами в сонные зрачки акулы финансового мира. - Слушай... Придурок, - вновь взорвался Олег. - Да ты понимаешь, что?.. - Цыц, - веско произнес банкир. - Не здесь и не сейчас. - Знаешь, что?.. - предложил он губернатору. - Не съездить ли нам на охоту? Скажем, через денек? Слетаем в предгорье. Баранов постреляем. Олег чуть истерично хихикнул: - Ага, козлов... - Ты не обращай внимания, - успокоил олигарх дернувшегося Виктора Петровича. - Олежек не в себе... - Его можно понять... В общем, назрела необходимость отдохнуть. Пообщаться, так сказать, в неформальной обстановке. "Понятно", - сообразил хозяин, что его вызывают на совет. - Что ж. Завтра пятница. Вот после работы можно и организовать. - Договорились. У черных камней, - схохмил Олег. - Клев я вам обещаю... - заржал он фирменным Папановским смехом. - И еще. Пусть вертолет ведет наш человек. У меня в охране есть пилот. Человек проверенный и не болтливый, - с намеком уточнил Альберт. - Да пожалуйста, - не имея никаких оснований перечить, отозвался губернатор. - Все, пора, - Альберт шумно подвинул стул. - Я еще этого... с завода возьму, - щелкнул он пухлыми пальцами. - Ваську. Пусть покушает. Впрочем, сказал это он скорее для себя, уже покидая просторный кабинет. На пороге замер и развернулся к главе региона, едва заметно ослабившему галстук: - А что, девчонка нашлась? - он глянул просто и бесхитростно. - Дочка. А то работа стоит... Губернатор сжал зубы, но хамить не решился: - Ищут. План "перехват", еще чего-то. Землю роют. - Ну-ну? - криво усмехнулся банкир, развернулся, толкнул входную дверь, и вдруг словно споткнулся. Поскреб дверную ручку, пытаясь отыскать ее на ощупь. "Чего это он? - изумился приободрившийся Виктор Петрович. - Словно девушку с косой встретил, - рискованно пошутил он. И закончил сквозь зубы: - Дождешься, как же..." Ткнул кнопку селектора: - Мария, пригласите следующего посетителя. Только предупредите. У меня три минуты. Потом селекторное совещание, - откинулся в кресле. "Забегали, крысы, - недобро и даже чуть злорадно хмыкнул губернатор. - Только непонятно, что значит не тот, за кого?.." Додумать не успел. Дверь чуть слышно скрипнула и отворилась, впуская элегантно одетую даму. - Здравствуйте, Виктор Петрович, - мило улыбнулась Ольга. Строгий темный костюм в сочетании с искусно уложенными белоснежными волосами преобразил простоватую внучку отставника. Если на памятной вечеринке она выглядела на двадцать, то сейчас перед ним стояла вполне зрелая женщина. Миниатюрная, но никак не восемнадцатилетняя девчушка. - Оля?.. - выдохнул губернатор. Растерянно пошарил по столу, перебирая случайные бумажки. Наконец, сумел справиться с изумлением: - Входи... Но, как?.. - Да что вы, честное слово, так волнуетесь? Здесь ведь не Форт Нокс. А пропуск при современном развитии печатного дела изготовить - вовсе пара пустяков, - отозвалась гостья. - Вижу, что предложить даме стул вы не собираетесь. Ольга опустилась на стул, который до этого занимал банкир. - Наша последняя встреча, не по моей вине, прошла совершенно в других условиях, - напомнила она Виктору Петровичу события недавнего прошлого. Губернатор, отыскав, наконец, верный тон, отечески развел ладони: - Оля, ну что ты говоришь? Мы так волновались. Поверь, этот маньяк получит по заслугам. И вообще... Но тебе не стоило убегать. - Да? - она развела губы в улыбке. - Вам, конечно, хотелось, чтобы я написала жалобу на условия содержания? - Вот что, благодетель, - преображение вышло столь разительным, что собеседник вздрогнул. - Ты знаешь, что я не виновата. И дед не случайно погиб. И еще многое. Но вот чего ты точно не знаешь, так это... - Оля щелкнула замком сумочки и вынула лист бумаги. - Не знаешь ты главного, - она встала, поправила юбку и шагнула к столу. Лист плавно спланировал к сцепленным пальцам губернатора: - Это малая толика того, что есть. И остальные бумаги уже в Москве. Прочтите, а после, если сумеете, продолжим. Безразлично глянула в окно. Незаметно провела ладонью по обивке стула, втыкая иголочку глубоко между каркасом и велюровой тканью. Впрочем, она вполне могла не скрывать свои действия. Занятый чтением не видел и не слышал ничего. Он еще раз пробежал глазами короткий абзац, глянул на подписи и печати. В голове прозвучал ехидный голос старого подельника: "И без конвоя..." Шутка звучала на редкость зловеще. "Теперь, точно, все, - понимание отняло все силы. - Прощай, дом, бассейн, свобода". Оля, которой надоело сидеть в тишине, щелкнула замком сумочки. Для натянутых нервов губернатора негромкий стук прозвучал, словно грохот тюремных засовов. - Ничего, ничего, - выполняя наказ своего инструктора, нагнетала Оля. - За вами еще не пришли. Но это вполне возможно. А вот, чтобы этого не случилось, вы должны, - она загнула пальчик. Блеснул безукоризненный маникюр. - Первое. Забыть о заводе. Немедленно и навсегда. Думаю, вы понимаете, что в вашей ситуации это диктуется элементарным инстинктом самосохранения. Второе. Снять с меня все, подчеркиваю - все, обвинения. И наконец. Помните. Если, пусть это будет случайность или злой рок, но если со мной хоть что-то случится, вам уже ничто не поможет. - Ну? - Оля вновь поднялась. - Три минуты истекли. Да? Она взглянула на посеревшее лицо первого лица области: - Или нет? Он сжал выбившие вдруг дробь зубы и хрипло пробормотал: - Я все понял. Все. И сделаю, как вы сказали... Вскочил, больно ударяясь коленом об угол, и попытался выбраться из-за стола: - Это... Оля подняла палец. - Я ведь не прокурор, - она повесила сумочку на согнутую руку. - Мне все и так ясно. Надеюсь, теперь ясно и вам, - она развернулась и, не прощаясь, покинула кабинет. Виктор Петрович проводил гостью безумным взглядом и упал в свое роскошное кресло. В голове у него крутилось: "Такие люди, и без конвоя..."
