Он закрутил телом, пытаясь увидеть хотя бы лёгкий след. Но я был тенью, дымом, самой тьмой. Тело моё прильнуло к земле, словно кошка на охоте, я отправил энергию к ногам, напитывая мышцы. И когда он в очередной крутанулся и развернулся ко мне спиной, я прыгнул подобно хищному тигру в холодной решительности и неумолимой точности! Мои руки, словно капкан, дёрнулись, смыкаясь, и когти вонзились волку в глаза, я упёрся ногами ему в поясницу и оттолкнулся, оставляя несколько равных рван на его лице, проходящих чуть ли не до затылка.
— ААААА!!! — взревел он, мечась и маша руками, словно обезумевший, — Мои глаза! Глаза!
А я снова притаился за деревьями, заглянул внутрь, энергии осталось на две атаки… Сука! Нужно суметь убить его за два удара! И с такими-то коготками и его шкурой это будет сложно сделать…
«Ну… и… туп ты…» — услышал я голос тёмной сущности из глубины сознания.
И увидел, как чёрный дым на руках задвигался, потёк к пальцам, окружая белесые когти, обретая форму — острых чёрных когтей в несколько раза длиннее моих.
«Я думал, ты больше не будешь помогать», — ехидно заметил я, но сущность не ответила, — «А ведь сделал бы мне такие коготки на минуту раньше — всё бы уже закончилось», — с упрёком заметил я.
«Не… наглей», — ответила сущность.
Я прильнул к земле, тихо обходя его, пока он без разбору рассекал воздух ручищами. Было нетрудно, я не издавал звука, и, если что-то цеплял, дым окутывал ветку и листок, унося любой шорох. Оказавшись достаточно близко, я влил половину оставшейся энергии в мышцы и кинулся вперёд. В одно мгновение его рука пролетела над моими ушами, почти задев, он как раз повернулся ко мне боком, когда я вонзил когти ему между рёбер, согнул пальцы на манер орлиного хвата…
— ААААА!!! — взревел он от внезапной боли, попытался хватить меня другой рукой.
Я с размаху пробил ему трицепс, дёрнул первую руку, и ребро лопнуло, выбираясь из тела, пробивая шкуру белесым костяным остриём. И следом рванул правой рукой, разорвал бицепс, оставляя после себя тряпку плоти и мышц, и бесполезно свисающую вдоль волчьего тела лапу. Я тут же затаился меж деревьев.
— Хах.! Ха! — Рихан тяжело дышал, он знал, что теперь не до шуток. Но перестал беспорядочно бить воздух, рука-то осталась одна, а по ноге стекал ручей крови из пробитого бока.
— Ты говорил, что я оказался интереснее, чем ты ожидал… — сказал я и тут же переместился, — А теперь? Тебе ведь нравятся такие развлечения? Ощущать себя охотником, играясь с беспомощной добычей в силке? — он дёрнул ушами и сделал несколько шагов навстречу, я тут же проскочил сбоку от него и оказался за спиной, — Каково теперь оказаться на месте добычи? Спорю, что тебе очень весело, — он молча дышал и даже не пытался броситься в сторону звука, только дёргал носом, наверное, надеясь найти меня по запаху, но я отчего-то был уверен, что дым, входящий из пор, не даст ему меня учуять.
Мои ладони тихо перебирались по земле, лапы напряжены, готовы к рывку. Энергии осталось совсем немного… нужно заканчивать.
— Ха-ха-ха, — неожиданно рассмеялся он, я остановился, — Заяц, загнавший волка, смешно… Декс, ведь так тебя зовут, да?
Я промолчал, щурясь. Он что-то задумал.
— Мой род не отличается благородной и сильной кровью. Мать шлюха, отец какой-то залётный моряк. Классическая история херового детства…
— Пожалиться решил, ублюдок? — с усмешкой спросил я.
— Но… Я не жалею ни о одном своём поступке! Сколько узких зайчих через меня прошло, покорных, сладких невольниц без права на возражения… — с наслаждением, словно предаваясь воспоминаниям, сказал он.
Я слышал крики птицлингов совсем рядом. Даже ночью они так и не угомонились. Пора уходить, нужно забрать Литу.
— И сколько их возлюбленных зайчиков пошло на прекрасные мягкие шкурки… Мне нравилось, когда они смотрели, и нравилось видеть отчаянье в больших глазах заек, когда я разрывал им глотку…
Кровь ударила в голову, мышцы напряглись. Сердце неистово застучало, жар нарастал внутри. Когти зачерпнули земли, сжав листву в кулаке до белесых костяшек…
«Декс! Нет! Не сейчас!» — мысленно крикнул я.
— Не думал, что придётся прибегнуть к этому, — сказал он, и я напрягся, тут же я исчез за одним из деревьев, прислонившись к кроне и едва выглядывая оттуда.
Он собирается использовать Дар! И я не знаю, что у него за способность! Энергии совсем нет! Сука!
А тем временем вены на шее волка неестественно увеличились, и сама она стала похожа на бычью, куда больше, чем раньше. Он набрал в лёгкие воздуха, те раздулись, выпячивая рёбра…
«Я надеюсь… он не будет сдувать домики, я же не поросёнок», — подумал я, словно наблюдая картину из сказок моей родины, а на самом деле сердце холодело.
И тут раздался истошный вой! Жалобный вой брошенного волка!
— ААААА-УУУУ-УУУУ!!!
Я закрыл уши! Барабанные перепонки, казалось, вот-вот лопнут!
«Птицлинги точно его слышали! Времени больше не осталось!» — я выскочил из-за дерева, вой уже прекратился.
