Я вырвался из плена! Арена осталась позади, и теперь мне нужно выжить в джунглях кишащих Тварями. Но пробуждение пройдено! И я ещё даже не представляю какие силы получил! Но, где-то в тени, ко мне стремятся всё больше врагов.Хотя, какая разница? Они все падут перед Тенью!И я, исполню месть. Снова.
Звёздное небо. Вдалеке виднелась тусклая луна. Пахло кровью, жжёным мясом и шерстью. Во рту стоял клейкий металлический вкус. Боль раздирало тело, пронизывала каждый уголок.
И он был уже передо мной. Всё с той же высокомерной мордой, на которой едва показалось удивление.
— Ха! Пробудился! — выплюнул он.
— Увидимся перед твоей смертью, — сказал я, и он потянулся ко мне.
Но ему достался только дым! Всё вокруг заполнил чёрный, непроглядный дым! Я растворился в нём, тело оставило физическое воплощение!
«Это ненадолго! Бежать! В джунгли! Как можно дальше!» — вспыхнула мысль.
И я рванул над землёй! Летел к деревьям, дальше и дальше! Пронёсся мимо Фиро, безжизненно лежащего на земле! Мимо Михаэля, изуродованного, покрытого ожогами, но всё ещё дышащего! Энергия стремительно кончалась! Это не более чем дар пробуждения, я это понимал, чувствовал! Нужно успеть!
Ветки хлестали по мне, кусты, деревья, я огибал их и забирался всё глубже в темноту! В угодья тварей, в их дом и королевство! И только когда последняя частица энергии покинула тело, я вырвался из дыма, словно всё это время просто скрывался за ним.
— Я жив! Я жив! Я ЖИВ! — прокричал я, рухнув на землю, неизвестно как далеко от места битвы. И я только мог надеяться, что достаточно далеко.
Руки и ноги сломаны, связки порваны. Я лежал словно кусок мяса на блюде. И даже это не сумело задержать сознание. Я провалился в беспамятство.
Он небрежно швырнул два тела на пол. Одно принадлежало Фиро, другое — его сыну Михаэлю. Но они для него имели не особо различное значение. Ведь являлись не более чем очередным средством.
— Господин… — проговорил обезьянид Мад’Кул в своём халате, стоя с опущенной головой. — Учитель…
Лицо Ариса Крима не выражало никаких чувств, только разве что скуку. Он часто бывал в лаборатории своего ученика, наблюдал за опытами, и сам частенько был одним из подопытных. Потому-то вполне знал, на что способен его советник и ученик, хотя учить его уже было нечему. Но оттого он не терял своей пользы, хоть и требовалось больше внимания его делам.
— Займись ими, — сказал наместник и кинул ядро Фиро. Мад’Кул ловко поймал его. — Отныне еретик Фиро и мой сын Михаэль мертвы. Они погибли из-за нападения твари, так же, как и сбежавшие невольники.
— Как скажете, господин, — с поклоном ответил он. — Но разве эти образцы не были вам интересны?
— Не более чем остальные, — отмахнулся наместник.
— Даже образец Один? — спросил обезьянид.
Он был единственным, кто умел хоть сколько-то читать Ариса Крима. Но понимал, что ещё очень многое остаётся скрытым от его взгляда.
— Да, он был интересен.
— Может, отправить Масок? Или разведчиков?
— Нет надобности, — сказал Арис. — Он придёт ко мне сам.
Обезьянид удивился, он услышал в голосе господина проблески чувств. А ведь за годы, проведённые с ним, подобное было лишь несколько раз. И тут же его интерес к образцу Один многократно возрос.
Но как покорный слуга, он сказал:
— Как скажете, учитель.
Наместник ничего больше не сказал, вышел из комнаты, одной из многих в запутанной лаборатории. А обезьянид ухмыльнулся и подумал: «Этот заяц… Он не простой, не такой, как остальные. Мне нужно отыскать его. И думаю, он расскажет мне много интересного». — Он облизнул тёмные губы, покрутил в пальцах скальпель. — «А если будет несговорчив, то — покажет».
Первое, что я ощутил, приходя в себя, была тряска. Вверх-вниз, и вновь, и вновь. С трудом разлепив веки, я увидел тени деревьев, листву, сквозь которую пробивались лучи солнца. Тупая боль медленно заполоняла мозг, двигаться я не мог совершенно. Только крутить глазами, и, взглянув немного вбок, я увидел зайца. Громадного зайца.
«Прям как тогда… — подумал я, вспоминая момент, когда только очутился в этом мире, — Надеюсь, это начало будет лучше».
Я вновь закрыл глаза от жуткой усталости и растворился во сне без снов.
Второй раз я начал приходить в себя под треск деревяшек в костре и аромат жаренного мяса. И, о боги! Как же я хотел жрать!
Так что теперь я во что бы то ни стало решил понять, что происходит и где я нахожусь вообще. Для начала я посмотрел на собственное тело, и, к моей радости, оно не напоминало искорёженный котелок. Руки и ноги были перевязаны листьями, и я чувствовал, как холодится кожа на месте ран.
«Значит, кто-то их обработал, — резонно подумал я и вспомнил, — Зайцы… те самые?»
Я попытался привстать, но мышцы отказались подчиняться. И тогда я заглянул в свой источник энергии, ядро души. И, к счастью, вполне чётко чувствовал обе энергии.
Обе, теперь уже мои энергии.
«Твои? — послышался голос Черныша. — Чтобы ты не думал, она всё ещё моя».
Ха, конечно, мечтай! Теперь я её хозяин, а ты лишь гость в моей голове! Пусть за мной и имеется должок!
«И ты обязан его вернуть…» — прошипел он.
Не беспокойся, чёрненький дух! Марк всегда возвращает долги и выполняет обещания! Папочка дома! Так что привыкай к новым условиям проживания!
«Не думал, что ты так заговоришь, — обиженно сказал Черныш. — Значит, полностью вернул себе воспоминания и личность?»
