Требуется любовник (СИ) полностью

— А-а-а-а, я плавать не умею, — орала я, когда два перебравших придурка окунали меня в воду. Один из них, мой одноклассник, ржал как сумасшедший и говорил, что мечтал это сделать с пятнадцати лет, чтобы немного смыть превосходство с моего лица. Нет, я понимала, что меня, скорее всего, не утопят, но паника оказалась сильнее. А все дело в том, что я действительно не умела плавать. Совсем. Поэтому панически боялась глубины и купалась всегда на мелководье. А эта парочка как раз утащила меня на глубину.

Орала-то я орала, да только без толку. Никто не спешил спасать будущую утопленницу, а великовозрастные балбесы не унимались. Только когда я нахлебалась воды и стала задыхаться, до них дошло, что это не игра. Они отпустили меня, и моя тушка камнем пошла на дно. Чертыхаясь на весь белый свет, в момент протрезвевшие парни вытащили меня на берег и сели рядом, трясясь и тяжело дыша. Ага, испугались! А я кричала им, что не умею плавать! Хотелось позлорадствовать, но сил не было. Дрожь пробирала до сердца, и казалось, что оно вот-вот остановится. Руки-ноги будто параличом разбило. Поэтому, когда мой одноклассник Вовка что-то спросил, я не отреагировала сразу. Пришлось ему повторить.

— Селезнева, ты что, правда, плавать не умеешь?

Попыталась ответить, но из горла вырвался только хрип, поэтому просто кивнула.

— Ну, ты даешь! Плавать не умеешь, а на море приехала. Только ты так можешь.

— Надо было, вот и приехала, — сипло огрызнулась я, — и это не море, а озеро.

— Да какая разница, вода есть вода.

— Ну, я же не думала, что встречу вас здесь. Остальные, вроде, люди как люди.

Понемногу вся наша троица приходила в себя, у меня уже и конечности шевелиться стали. Я даже хотела простить своих несостоявшихся убийц, но тут мой взгляд упал на полосу гальки, тянувшуюся вдоль берега. По ней, медленно перебирая ногами, шел главный мужчина моей жизни. Он вопросительно смотрел по сторонам и хмурился. Футболка отсутствовала, видимо не нашел. Или я была столь невнимательна, что не приготовила. Обычно все мое время принадлежало ему, но в обеденный перерыв, когда у нормальных людей, в том числе и него, был тихий час, я ходила купаться и загорать одна. Должна же у меня быть хоть частичка свободы. Обычно возвращалась еще до того, как он вставал, но сегодня эти купальщики меня задержали. Мой мужчина проснулся в одиночестве и отправился на поиски пропажи.

Как это он один вышел из номера? Он же мог потеряться! Эта мысль заставила меня забыть о слабости и вскочить. Андрюшенька увидел меня и закричал:

— Мама!

Я раскрыла руки, малыш ускорился и влетел в мои объятия. Спрятал голову на груди, а потом осторожно, но с любопытством выглянул, осматривая сидящих рядом мужчин. Сейчас он был похож на галчонка, в любой момент готового спрятаться маме под крыло.

Послеобеденное солнце жарило во всю мочь, и спинка Андрюши уже порозовела. Так, надо идти за футболкой. Встала, собираясь распрощаться с одноклассником, но тот меня опередил.

— Селезнева, это твой сын, что ли?

— Угадал.

Нет, не хотела я с ним беседовать на эту тему, не нужно это ему. Но Вовка, видимо, настроился расспрашивать дальше. А вот обойдется. Я собралась послать его подальше, однако мужчина сменил тему.

— А ты разве замужем? Я слышал, что все никак корону не снимешь. Все мужики не такие.

— Я вдова. И никакой короны у меня нет. Но это не значит, что я перестала быть разборчивой.

— Да? Раз нет короны, у меня тут идейка появилась. Но ее надо обмозговать.

— Ну и мозгуй себе, а я пошла. Прощайте. Не скажу, что была рада встрече.

— Зря прощаешься, я тоже в этом отеле номер снял. На двоих с другом.

Новость оказалась неприятной, но я сделала вид, что мне все равно.

— Селезнева, ты, это … на ужин приходи, поговорим.

Я поморщилась.

— Не интересует.

— Ты, это, все же приходи.

Ничего не стала говорить, взяла сына за руку и пошла прочь. По пути в свой номер все досадовала: принес же черт этого недоумка. Так хорошо эти два дня отдыхали, а теперь покоя не жди. Этого Вовку, с его идиотским смехом и такими же идиотскими шуточками недолюбливали многие девчата в школе, но он почему-то всегда привязывался ко мне. После выпускного я уехала в Астану, и наши пути разошлись. Учеба, замужество, вдовья доля покатились лавиной и выбили из памяти все школьные неприятности. Я даже слегка обрадовалась, когда его увидела. Но эта заноза в одном месте сразу показал себя во всей красе.

В номере, вместо того, чтобы помазать болячки Андрюши, я какое-то время тупо таращилась на закрытую дверь, опасаясь, что сейчас она распахнется, и в проеме покажется Вовка.

— Мам, мам, а мы пойдем купаться? — голос сына вывел меня из ступора. Что это я? Почему вдруг такая паника? Я уже давно не школьница, защитить себя сумею.

— Да, милый, пойдем. Но чуть позже. Давай сначала обработаем твои болячки.

— Не хочу, — заныл он, — мне надоели эти мази. Давай лучше в грязи вымажемся.

— Все будет: и мазь, и грязь, и вода. Я хочу, чтобы мой мальчик рос здоровый и красивый, поэтому будем лечиться всем.