Игорек закончил свои дела и теперь наслаждался отдыхом, а я был свободен. Вот мы втроем и гуляли подолгу, купались, катались на водных мотоциклах. Рита оказалась ужасной трусихой и отказалась садиться на мотоцикл одна. Пришлось мне сначала покатать ребенка, а потом его маму. Оказалось, что она совсем не умеет плавать, да и вообще, воду боится. Нет, это не дело. У меня дома большой бассейн, надо будет ее научить. Если что, можно и тренера нанять.
Поймав себя на подобных мыслях, понял, что не хочу с ними расставаться. Не хочу, чтобы мы стали чужими. Да я снова съеду с катушек, если в моей жизни не станет этих людей, этих совместных прогулок и трапез, нашего понимания друг друга с полуслова и запредельного наслаждения от любви. Решено, я их не отпущу. Только бы Рита не заупрямилась. Рита, Рита, Маргарита. Маргаритка — скромный, но прекрасный цветок, именно он ассоциировался у меня с любимой женщиной. Любимой — так я говорил пока только про себя. Не знаю почему, может боялся сглазить это давно забытое мной чувство, которое снова смело вошло в мою жизнь? Даже Рите пока не говорил. Все искал слова и подходящее время. И не находил. А как было бы здорово, если бы моя маргаритка забеременела! Я, конечно, пользовался одежкой, но первый-то раз, в машине, вышел не защищенным. Увы, когда я поделился с любимой своими размышлениями, она засмеялась и сказала, что тогда было безопасное время. А жаль. Так она бы лучше поддалась убеждению. И осталась бы со мной. Навсегда.
Время летело будто опаздывало жить, а однажды крикнув белой чайкой совсем исчезло, отправившись куда-то далеко, может быть к островам, теряющимся в сизой дымке прошлого.
— Роман, мы через два дня уезжаем, — сказала мне Рита. И стало понятно, что молчать больше нельзя.
Мы лежали на своем обычном месте, на нашем пляже любви. Озеро волновалось, но не сильно, остужая наши разгоряченные тела холодными брызгами. Я приподнялся и заглянул Рите в глаза. Она на меня не смотрела. Взгляд моей женщины уходил куда-то вдаль, может вслед за тем временем, что ушло безвозвратно. Ну вот, что делать? Столько времени искал подходящие слова, но так и не нашел. Как выразить маргаритке свои чувства? А, будь что будет, скажу, как есть.
— Рита, милая, посмотри на меня.
Женщина неохотно повернула голову, но взгляд по-прежнему оставался далеким и чужим.
— Нет, дорогая, так не пойдет. Посмотри на меня.
Она не среагировала. Тогда я встал, быстро оделся и начал одевать Риту. Вот теперь ее внимание было полностью моим.
— Пойдем отсюда. Я хочу тебе кое-что сказать, задать вопрос. И надеюсь услышать осознанный ответ. А здесь не могу думать ни о чем серьезном.
Она молча подчинилась. Мы шли довольно быстро, нетерпение охватило меня. Хотелось определенности и уверенности в завтрашнем дне.
Сели на открытой веранде ресторана, заказали кофе. Я еще хотел взять шампанское, но его не оказалось. Пришлось довольствоваться вином. Рита смотрела на мою суету с некоторым недоумением, будто не понимала ее смысла. Потом что-то до нее дошло, она усмехнулась и горделиво подняла голову. Я устроился рядом, разлил по бокалам вино.
— Милая, ты, наверное, догадалась, что я хочу тебе сказать.
— Конечно. Но не утруждайся, не благодари. Я знаю, нам было хорошо вместе, но мы друг другу ничего не обещали.
— Что? О чем ты?
— А разве ты не хотел сказать мне спасибо за чудесно проведенное время? Так обычно говорят, когда кого-то отшивают.
— Отшивают? Маргаритка, ну ты и дура!
Я хотел было засмеяться, но увидел, что мое чудо надуло губки. Обиделась.
— Не обижайся, — я взял ее за руку и ласково поцеловал в ладонь, — но ты обломала мне все торжество. И не собираюсь я тебя отшивать. Наоборот, прошу уехать со мной.
— Зачем? — обида исчезла и на меня смотрели самые внимательные в мире глаза.
— Мне кажется, что мы семья. Вы — моя отдушина и моя сила.
— Ну, ничего, — Рита пожала плечами, — найдется другая семья, которая станет твоей отдушиной.
— Мне не нужна другая. Только ты и Андрей.
— И почему же мы такие особенные? — в голосе женщины ясно прозвучал сарказм.
Я смотрел на нее, слушал и не мог понять, что она хочет услышать. Знает же, что она для меня самая лучшая. Может, не хочет ехать со мной? Развлеклась и будет? Может у нее есть кто-то? А даже если и есть, все равно не отпущу.
Не дождавшись моего ответа, эта непонятливая маргаритка встала и сделала шаг прочь.
— Постой! — вскрикнул я. — Рита, что ты делаешь? Я ведь люблю вас. Тебя люблю, Андрея люблю. Мне не нужен никто другой.
Услышав мой отчаянный возглас, она остановилась, спина ее сначала напряглась, потом обмякла и к столу вернулась совсем другая женщина. Куда только делись равнодушие и насмешки! Теперь глаза ее счастливо блестели, губы улыбались, и вся она светилась от радости. Взяв в руки бокал с вином, легко чокнулась со мной.
— А я ведь тоже тебя люблю, — сказала и залпом выпила вино.